Ведь, если Девятый всё ещё «у руля», у Инузуки были все шансы так и остаться запертым с ним в комнате.
***
Заброшенный город казался выжженным. Дома стали серыми, покрывшись толстым слоем пепла, улицы заросли бурьяном, а некогда цветастые рекламные плакаты полоскало на ветру, словно выгоревшие занавески.
Здесь было непривычно тихо и пусто, хотя Саске частенько отправлялся на вылазки в полном одиночестве.
Чтобы подумал Итачи, узнав, что брат в очередной раз сорвался и ушёл один? Наверняка бы разразился гневной тирадой, в конце которой попытался бы надавить на совесть.
И у него бы получилось.
Но сейчас Саске чувствовал, что ему лучше не быть среди тех людей, которые за год так и не стали друзьями. Странно осознавать, что люди, которым ты доверяешь свою спину, чьи спины ты спасал уже не раз, до сих пор являются простыми знакомыми.
Человеческие связи, уподобляясь этому городу, рушились с каждым днём. Рвались железные тросы, раньше сдерживающие мораль, ржавели пласты совести, зарастало мхом что-то доброе внутри, которое раньше хотя бы проклёвывалось. А теперь… Бескрайние руины.
Он всегда был один.
Ему было плевать на чувства. Он себя ненавидел за них почти так же сильно, как ненавидел Узумаки за их отсутствие и за больной разум парня.
Ему было плевать на то, что Какаши выбрал незнакомого солдата, решив рискнуть всем.
Так или иначе доверие - это роскошь. Его и в обычном-то мире было трудно найти, что уж говорить о нынешнем.
Под ногами хрустела мелкая каменная крошка, покрывающая практически всю дорогу между трехэтажных домов. Этот район Саске отлично знал ещё по своему прошлому в мире людей, а не зомби. Хотя… назвать окружающих его тогда существ «людьми» значило сделать им огромный льстивый комплимент.
Твари существовали всегда.
И не важно: разлагаются ли они внутри или же снаружи, теряют ли свои руки из-за перегнивших суставов или же из-за последнего рокового укола.
Наверное, поэтому его не пугали зомби с их струпьями, с их гноем, сочащимся из слепых глазниц, с их вонью.
Он видел достаточно таких же, чтобы привыкнуть.
Страшнее было, когда вся эта гниль покоилась за красивой оболочкой.
Престижный район сейчас превратился в такие же серые руины, как и всё вокруг, но ноги безошибочно шли лишь к одному из особняков.
Высокий забор рухнул, а остальное покрылось буйным диким виноградом, который больше не подравнивал садовник-эмигрант. Саске остановился у некогда выкрашенной в чёрный, а теперь же покрывшейся пятнами ржавчины калитки.
Он поднял глаза на высокие окна, и на миг ему показалось, что оттуда на него смотрит женщина с ребёнком на руках. Она всегда смотрела, наблюдала за их разговором, словно опасалась, что Саске сможет забрать её мужчину обратно. Да, она чувствовала опасность, исходившую от этого мрачного парня, который всегда приходил под их калитку и требовал разговора с её мужчиной.
Как же она ошибалась.
Саске усмехнулся, проводя рукой по заевшей навсегда кнопке звонка.
***
За два года до катастрофы.
- Ты не хочешь даже спросить, как она?
- Захотел бы знать о её состоянии, я бы остался, - скривился мужчина.
- Значит, не хочешь.
- Кажется, ты меня не понимаешь, Саске.
Отец, пригнувшись ближе, хотя в этом не было нужды: они давно сравнялись в росте, проговорил чётко, почти по буквам:
- Я не хочу вас знать. Ни её, ни Итачи и, уж тем более, тебя.
- А её ты хочешь знать, потому что у неё есть деньги? - прошипел Саске.
Его взгляд метнулся к высокому окну, за которым стояла светловолосая женщина, баюкая ребёнка.
- Или потому что она способна раздвигать перед тобой ноги?
Ядовитые слова сыпались с губ. Но Саске было плевать: так или иначе он отравлен. Его кровь давно впитала в себя, кажется, все токсины, так почему бы не оскалить клыки и не отравить другого?
Хлёсткая пощёчина мотнула голову в сторону, тело налетело плечом на забор.
- Больше не приходи сюда. Иначе я сдам тебя в полицию, - потрясая пальцем у него перед носом, прошипел отец. - Это не я сделал её больной. Не я!
- Не ты, - тихо ответил парень. - Но ты в ответе за неё. Она была твоей женой.
- Была. Проваливай с моей собственности. Иначе…
***
Воспоминания оборвались так же внезапно, как и накрыли его с головой. Дёрнувшись на странный звук, донёсшийся с другой стороны дороги, Саске схватился за катану.
Странное существо, больше похожее на пришельца, сидело на машине и внимательно разглядывало его. Вытянутое белое тело, без единого волоска казалось блестящим, словно бы его покрывала слизь. Существо было настолько худым, что каждая косточка, каждая жилка и истощённая мышца выступала под кожей.
Оно определённо когда-то было человеком. Саске различил тонкую татуировку на плече создания, но рисунка разобрать не смог.
Страха не было, но было отвращение.
Низко пригнувшись, тварь раскрыла беззубую пасть и завопила низким, хриплым голосом. Вот он точно не мог быть человеческим.
От этого звука с соседнего дома вспорхнули птицы, где-то вдалеке раздался подобный же клич и существо кинулось вперёд. В длинном прыжке, оно выставило вперёд тонкие ручки, метя как раз в горло Учихи.
