Тёмно-янтарные в сгустившихся сумерках глаза мужчины сверкнули, поймав блик от тлеющей сигареты, и он улыбнулся:
- Ты мой человек.
С этими словами Орочимару быстро спустился по ступенькам и направился в сторону припаркованного неподалёку микроавтобуса.
Уходить и бросать всё стало для Саске привычным. И сейчас, стоя на пороге дома, который за год стал чем-то вроде убежища, надеждой на то, что когда-нибудь всё наладится, он ощущал, как под ногами разворачивается пропасть.
Уйти отсюда в неизвестность.
К типу, который поманил мнимой безопасностью и оружием.
Саске отчаянно хотелось верить, что он делает это только из-за брата, которому задолжал на десять жизней вперёд. Он боялся, боялся до нервной дрожи в пальцах, что ошибается не только в том, что всё это ради Итачи.
Темнота опускалась на двор фермы, стирая из памяти её очертания. Скоро всё забудется, как забывалось всегда.
Дверь скрипнула, и Саске, отпрянув и ожидая увидеть брата, что пошёл за их вещами, с удивлением уставился на вышедшего на крыльцо Узумаки.
- Ты точно решил, что хочешь уехать с ним? - ёжась от промозглой вечерней сырости, спросил Наруто. Он смотрел на микроавтобус, подсвеченный рыжеватым светом фар и, кажется, не моргал.
- Да.
- Ты не знаешь Орочимару… а я знаю.
- Это опять твои сказки про лабораторию? - широко улыбнулся Саске. Холод впервые за многое время начал кусать его за пальцы и за губы.
- А ты до сих пор мне не веришь.
- Я не идиот.
- Идиот. Потому что доверяешь первому попавшемуся.
Выпустив последнее облачко пара, Саске затушил сигарету о стену, сыпанув ярко-красными искрами.
- Я не доверял.
- Но ты едешь с ним.
- Ты тоже доверился незнакомцу, - мстительно припомнил Саске.
От любопытства Наруто даже повернулся к нему, слепо таращась перед собой.
- Это когда же и в чём?
- Мне.
Наруто было хотел сказать что-то, но Саске повернулся к нему так резко, что парень отшатнулся.
- Ты идиот, потому что доверился тому, кто пообещал тебя убить, - прищурился брюнет. - Я помню своё обещание.
- Молодец, - с вызовом выпалил Наруто, задирая подбородок. Это выглядело так по-детски, что Саске невольно усмехнулся.
- Можешь забыть его. Теперь мы не пересечёмся.
Напитавшиеся чернильными сумерками глаза Узумаки удивлённо сверкнули.
- Совсем?
- Надеюсь.
В любом раскладе Саске всегда оставался один.
Когда ушёл отец - Итачи погрузился в учёбу, а мать была не в состоянии интересоваться кем-либо вообще.
Когда у Итачи появилось время, то Саске уже никто не был нужен.
Кроме одиночества и дозы.
Так было всегда.
Так почему, ты, придурок этакий, удивляешься, что и в этот раз тебе предпочли кого-то другого?
Почему тебя вообще это волнует?!
Покачав головой, Саске потянулся пальцами к щеке Узумаки, и ему показалось, будто бы блондин приготовился отхватить её зубами: настолько злым был взгляд даже в сгущающейся темноте.
- Испачкался, - просто пояснил Учиха, подцепляя пальцами засохшую корочку чужой крови со скулы Узумаки.
Отойдя от парня, Саске полез в карман, но пачка оказалась пустой.
Шикнув досадливо, он махнул рукой и быстро спустился с крыльца.
- Бывай, псих.
***
За полгода до катастрофы.
- Саске, я никуда не уйду.
Тихие слова с трудом слышно сквозь всё нарастающий гул в ушах. Саске бы рад расслышать, рад бы зацепиться за человеческую речь, но боль глушит собою все звуки, все чувства.
- Ты справишься.
Холодная рука легла на спину, поглаживая горящую кожу. От каждого прикосновения позвоночник буквально трещит, рассыпаясь осколками, но от этого ощущения можно хотя бы ненадолго вернуться в реальность.
- Я останусь здесь, пока тебе не станет лучше.
========== Глава 2. Гореть. ==========
«How long can you stand the pain
How long will you hide your face
How long will you be afraid
Are you afraid
How long will you play this game
Will you fight or will you walk away
How long will you let it burn
Let it burn».
Red – Let It Burn.
«Как долго ты сможешь терпеть эту боль?
Как долго как долго ты сможешь прятать
Своё лицо?
Как долго, как долго ты будешь
Бояться?
Боишься ли ты?
Как долго ты будешь играть в эту игру?
Как долго будешь ли ты бороться или просто
Уйдёшь прочь?
Как долго, как долго ты позволишь пламени
Гореть?
Позволишь пламени гореть».
- Пуля не задела органы, - улыбнулся Какаши. Хотя вряд ли это можно было принять за улыбку.
- Это обнадёживает, - поморщился Ирука, который до сих пор оставался в постели, но принимать помощь категорически отказывался. На второй день, когда слабость сошла, парень начал осторожно передвигаться по дому. Однако сломанные рёбра быстро укладывали его обратно.
- Кости заживут.
- Те, что ушли, были твоими друзьями?
Какаши, взглянув на не в меру любопытного солдата, ухмыльнулся и отвернулся. В окно лился золотистый свет, а плавающие в нём пылинки были похожи на мелкие искры.
- Мы никогда не были друзьями.
- Но вы провели вместе… год…
- Время - не главное, - качнул головой мужчина. - Нам было выгодно находиться под одной крышей.
- Но тебе неприятно, что они ушли.
