Тяжёлые серо-жемчужные облака нависли над городом. Узумаки остановился как раз на границе между безжизненным полем, холодной трассой и таким же пустым, посеревшим городом.
Высотки, что сейчас едва проступали из-за тумана, казались зловещими чёрными истуканами, к которым боязливо жались обледеневшие низкие дома.
Иногда небо пересекала какая-нибудь птица, иногда раздавался одиночный стук, от которого за рёбрами всё леденело, потому что Наруто отлично понимал: в городе могут шуметь только выжившие или же мёртвые. Притом, что встреча ни с теми, ни с другими не была чем-то приятным или желанным. Люди стали страшнее тварей, которые зачастую руководствовались лишь инстинктами. Но по каким правилам сейчас жили выжившие?
Повернувшись к спящему парню, Узумаки, закусив губу, оглядел его. Спящим Саске не казался столь болезненным, но даже во сне его нездоровая бледность не проходила, а упавшие на лицо тени делали глазницы того жутковато-пустыми.
Тяжело вздохнув, Наруто достал из кармана перочинный ножик, который нашёл в бардачке машины. Задумчиво скользнув взглядом по своей руке, с сожалением убрал оный обратно в карман. Учиха не станет пить кровь…
Потянувшись к нему, он отвёл с лица тёмные пряди, и Саске резко открыл глаза. Узнавание к сонному разуму пришло не сразу. Сначала в резко сузившихся зрачках отразилось нечто острое, похожее на опасный блеск стали, а затем взгляд парня чуть расслабился.
Протяжно выдохнув, Учиха провёл пальцами по щеке Узумаки, спускаясь к шее, и притянул к себе поближе, заставляя упереться ногой в коробку передач.
Это было не лучшее место для поцелуев, как и коморка заброшенной заправки. Но стоило губам коснуться чужих, как в голове стало пусто. Наруто показалось, что он падает, а внизу бушует тёмное море. Его волны достаточно сильны, чтобы утянуть его на дно, но следовать за ними приятно. Даже сейчас, лаская прохладные губы, он чувствовал, как тело всё глубже уходит на дно. Но бояться стоило не глубины, которая звала за собой, а того, что скрывается под тёмной водой. Скалы… о них можно было разбиться при падении, навсегда оставив возможность вновь собрать себя по кусочкам.
Крепче обхватив шею Саске рукой, Узумаки упёрся второй тому в плечо и, приоткрыв глаза, оторвался на миг, чтобы решительно куснуть свой же язык. Кровь, выступившая сразу же, смазала колючую боль, а вновь затянувший его поцелуй вовсе выбил из головы любое воспоминание о ней. Разомкнув губы Учихи языком, он вжал парня в сиденье, наваливаясь на того всем своим весом, понимая, что Саске вот-вот поймёт хитрость и оттолкнёт его.
Учиха хотел было отстраниться, но зажатый между сиденьем и горячим телом, был вынужден замереть, удивлённо смотря на опущенные веки парня. Узумаки, наплевав на отказы, делился с ним кровью таким… необычным способом. Это рождало внутри возмущение, желание оттолкнуть и хорошенько ударить, но в тот же момент глаза сами собой закрывались. Наруто целовал осторожно, но требовательно. Сжимая чёрные волосы на затылке Учихи, он скользил своим языком по его, прижимаясь губами так сильно, что воздуха внезапно стало не хватать.
Вкус крови стал практически одуряющим, и Саске невольно опустил веки, поддаваясь этой затягивающей пытке. Но в следующий момент, когда Узумаки, почувствовав, что сопротивления нет, слегка ослабил хватку, Учиха дёрнулся вперёд, прижимая спиной того к приборной панели. Дешёвый пластик затрещал под двойным весом, голубые глаза, встретившись с налившимися злобой чёрными, сверкнули практически ядовито, пьяно. Наруто ухмыльнулся, и из уголка его губ потекла тонкая красная струйка.
- Упрямый придурок, - тяжело вздохнул Саске, сжимая шею парня. - Я же сказал…
- А я не послушался, - прошипел в ответ Узумаки, обхватывая его запястье, но не отнимая руки от своего горла.
Опасно сощурившись, Учиха тряхнул головой. К Наруто тянуло не хуже, чем к магниту. Даже ударить его расхотелось, а взгляд метался по его лицу. Не выдержав, Саске вновь прижался к его губам, жадно целуя, будто бы в нём вдруг проснулась жажда крови.
Узумаки отвечал также порывисто, зарываясь пальцами в его волосы, сжимая их, прикусывая чужие губы. Он не сдерживал тот огонь, что вновь разгорался внутри, хотел быть как можно ближе, ощущать как можно острее.
…Но где-то на краю сознания красным огоньком горело напряжение: это не место. Не время. Хотя у них его никогда не было…
Кажется, по его секундной заминке, Учиха понял всё сам. Он с трудом оторвавшись от горячих губ, уткнулся лбом в чужой и тяжело вздохнул, чувствуя, как пальцы Наруто отпускают его волосы и съезжают на спину.
- Нужно ехать, - нехотя сказал Узумаки. Голос его был хриплым, севшим, едва слышным.
- Да…
***
Машина остановилась за углом улицы, которая вела к базе Данзо. Наруто, что уже пересел на пассажирское место, нервно тряхнул головой, сбрасывая с себя ошмётки липкого сна. Казалось, что он двигается на последних силах, но и те вот-вот могут закончиться.
