На протяжении всего допроса лицо генерала Шеридана оставалось непроницаемым. Ни он, ни подполковник Бейерсдорф не задали ни одного вопроса. Это было не их дело. Допрос подозреваемых — хлеб ФБР. Но сдерживаться было трудно. Хотелось схватить Силбера за горло и тряхануть раз-другой, как паршивого пса. Но он этого не сделал. Не в силу каких-то там моральных принципов. Он повырывал бы у него руки и ноги, если бы знал, что это даст нужные сведения. Было бы непростительным преступлением жалеть одного и позволить убить миллионы людей. Но ничего нельзя было поделать. Силбер правду сказал: бессмысленно угрожать мертвецу.
Боб Винсент затянулся сигаретой и уж слишком аккуратно засунул пачку обратно в карман.
— Слушай, Керби. Я хочу, чтобы эти джентльмены вытянули из него все, что можно.
Керби пожал плечами.
— С ним все ясно, — пробормотал он. — Даже если его зажарить живьем, мы не добьемся ничего нового. — Он прочитал мои мысли, подумал Шеридан. — А умрет Силбер — и ответом, возможно, станет ядерный взрыв.
Бейерсдорф наклонился вперед, пристально глядя на Керби.
— Как по-вашему, он что-нибудь знает про стотридцатку? Про то, как уничтожили ее экипаж?
Керби покачал головой.
— Нет, думаю, что нет. Он в самом деле ни о чем не имеет представления. Я верю ему, он не знал содержания письма.
— Лучшего связного и почтальона трудно найти, — добавил Боб Винсент. — Времени у нас мало, вот что плохо. Было бы время, может, и удалось бы обнаружить какую-то связь между Силбером и теми, кто прислал ему инструкции и деньги. Наверное, это те самые люди или соучастники тех, что захватили самолет и бомбы. Они каким-то образом нашли Дэйва Силбера и навели справки о состоянии его здоровья. Лью правильно сказал, — кивнул Винсент в сторону Керби, — Силбер — живой труп. Не протянет и нескольких месяцев. Мы уже выяснили о нем все, что было можно за такой короткий срок. Судимостей не имеет. Жена и дети выехали за границу три дня тому назад. Раньше жили в Чикаго. Их соседей и знакомых старательно допросили. Жили они в страшной бедности. Если бы не соседи, у них несколько месяцев назад умер бы ребенок. В городских трущобах такого рода истории — не редкость. Нет денег, нет врача, нет… — Винсент пожал плечами. — Короче говоря, кто-то из старых знакомых, наверное, встретил его. Но, вероятнее, подробно разведал все о его болезни и нищете, которые одолели семью. Если они знали и характер Силбера, то сразу поняли, что нашли того, кто им нужен. Силбер заботится не о себе, а о своей семье. Его страховку, как мы узнали, аннулировали больше года тому назад. Он медленно умирал с мыслью, что ничего не оставляет жене и детям, кроме горькой памяти о себе. Как вдруг приходит пакет, а в нем инструкции, запечатанный конверт, который надо в указанное время передать полиции Сан-Франциско, и в придачу десять тысяч долларов. Я уверен, что в Европе его семья должна получить еще какие-то деньги.
— Если о нем знали те, кого мы ищем, — вмешался Шеридан, — то не исключено, что он когда-то тоже имел отношение к авиации. Не может ли это как-то натолкнуть на след? Проверяли?
Винсент кивнул.
— Да, вы правы. В сорок третьем Дэвид Силбер был курсантом летного училища. Учился в Келли-Филде вблизи Сан…
— Я знаю, где это. Можем ли мы чем-то помочь?
— Подполковник с нашими людьми уже работает над этим. — Винсент посмотрел на Бейерсдорфа. — Больше ничего мы не можем сделать, пока не дождемся от Ховинга…
— От этого осла?
— Возможно, так, генерал, но что касается своих вычислительных машин, он правду говорит. Они имеют лучшую систему в мире. — Винсент откинулся в кресле и затем продолжил:
— С ними тут никто не сравнится. Чтобы проверить сотни возможных вариантов, нам пришлось бы затратить много месяцев. А поскольку с тех пор прошло много лет, эти сотни вариантов разветвились на десятки тысяч. По тогдашнему списку не установишь, кто когда погиб или умер, и приходится проверять до конца каждого. Компьютеры выполняют такие поиски за считанные минуты — конечно, если программа составлена правильно. А нам надо было найти каждого курсанта тех времен, когда Силбер впервые надел форму, и проследить всю их дальнейшую жизнь. Это процесс чрезвычайно разветвленного отбора, и тут мало даже скорости ЭВМ.
— Как там президент? — У Артура Шеридана все стояла перед глазами картина, как ударная волна после ядерного взрыва крушит Белый дом. — Крайдеру наконец удалось уговорить его покинуть Вашингтон?
— Нет, — ответил Винсент. — Я сегодня уже несколько раз разговаривал с Крайдером. Они намерены вывезти президента из столицы вопреки его желанию. Даже насильно, если придется. Секретная служба имеет такие полномочия на случай, если президенту угрожает опасность.
— Следовательно, сам президент до сих пор не понял этого! — повернулся Шеридан. — Наверное, полагается на Ховинга с его компьютерами!
— Возможно, он прав, — тихо проговорил Винсент.
— Дай бог, чтобы это было так, — буркнул Шеридан. — Видели вы когда-нибудь, как взрывается такая игрушка?
— Атомная бомба?
— Да.
Винсент покачал головой.
