Я бросил взгляд на Рониля, вокруг которого словно стоял красный туман ярости. Понятно, почему он винит меня. После моей команды… а ведь я не имею права раздавать приказы. Рядом был старший воин, а за спиной командир.
— Смотри внимательно какова цена твоих глупых действий. — почти прошипел заместитель и, развернувшись, покинул мое общество.
Наконец я воздел себя на ноги. Черт. Все болит. Тренер — скотина, бил в полную силу. Посмотрев по сторонам, заметил несколько обвиняющих взглядов.
За что? Я сплюнул от досады. Было бы лучше, если бы мы не вырезали лучников? Да, мы бы приняли первый удар на щиты, но тогда нас сверху, навесом, просто засыпали бы снарядами. Максимум — спрятались бы за телегами, и прожили бы чуть дольше.
Непонятно только, что мне делать сейчас?
Похоронить соратников? Нужно узнать, какие здесь традиции, а то можно накосячить. Мало ли. Может тут не закапывают, а сжигают, чтобы душа вознеслась на небо.
— Чего встал? — тяжело пробурчал Горт, толкнув в плечо. — Помогай.
Он протянул лопату, держа в своих руках еще одну. Я бросил взгляд на холм, где недавно мы с варваром бушевали. Там суетились воины, обыскивая поверженных. Что ж. Каждый занимается своим делом.
Инженер уже начал копать, и я присоединился к нему. Мы помучились с ним не меньше пары часов, когда сумерки стали сгущаться. Стоило прибить холмики земли, как я уже собирался устало сесть на землю, чтобы хоть немного передохнуть.
— О, Всеведущий, — внезапно начал Горт, прикрыв глаза и опустив голову. — Эти люди прекратили заполнять свои страницы в Книге Судеб. Благодарим тебя, что присматривал за ними.
После чего мужчина открыл глаза и нарисовал в воздухе круг указательным пальцем правой руки, а потом провел им же полоску сверху вниз, словно разрезал верх кольца. И последнее движение. Он будто толкнул нарисованную фигуру ладонью с растопыренными перстами.
— Ал, — глухо произнес инженер. — Сайрин просила подойти к ней, как закончим.
— Понял.
Пока мы занимались похоронами, кони затащили телеги на вершину, откуда напали безкастные. Вокруг повозок уже установили палатки. В лагере не горели ни костры, ни факелы.
Потому, когда я взобрался на холм, пришлось дать глазам привыкнуть.
Обстучав и убрав лопату, отправился к командирской палатке. Однако народ собрался чуть поодаль. Они полукругом обступили кого-то. На лицах играли всполохи зажжённого костра. Отсюда я заметил Лота, а вот варвара видно не было.
Когда я подошел, то сразу же услышал жалобный скулеж.
— Ну, — раздался голос Рониля, — теперь будешь говорить?
— Я все расскажу! — проорал пленник. — Все!
О! Уже сломали. Быстро.
Я толкнул павлина плечом.
— Где Кхаргх?
— Копает выгребные ямы. — отозвался красавчик, не поворачиваясь.
Поморщившись, собрался идти на помощь товарищу по несчастью, как…
— Да не воруем мы Касты! — отчаянно прокричал «язык». — Это невозможно!
На этих словах я остановился и вернулся. Так-так-так. Видимо, мы взяли того самого «хозяина».
Рассказ поразил меня до глубины души. Безкастные совсем не безкастные. Все очень просто и в то же время сложно. Дело обстоит так.
Когда-то кто-то нашел способ выводить из строя измерители Каст. Там есть какая-то дырочка, если в нее просунуть шило или типа того, то эта странная вещь перестает показывать настоящую Касту, а огоньки рассыпаются, словно ты Ноль.
Так вот, эти хитрецы придумали ритуал. В конце «хозяин» подсовывает дурачку испорченный измеритель и бах! Ты — Ноль. А после принимает клятву и сует в руки уже исправный, со словами: «Я вернул тебе Касту, но, если нарушишь священный обет — снова отниму.»
Отчего люди вообще попадают в Серую зону? Чаще всего бегут от долгов или от преследования. Закон нарушил или типа того. А безкастные могут дать место жительства и продукты для пропитания. Цена небольшая — абсолютная верность.
— Не понял. — раздался удивленный голос Рониля. — Торговцы к вам ездят?
— Нет-нет-нет. — проскулил «хозяин». — Два раза в месяц нам привозит продукты какой-то мужчина в плаще. Иногда мы просто выполняем простенькие задания. Там, выманить зверей, добыть такое-то растение или типа того. В этот раз нам приказали напасть на вас и расписали, как это сделать. Вот и все.
— Кто? — заревел заместитель, и я услышал в этом крике ярость, боль и отчаяние. — Как его зовут?
— Я не знаю! — попытался переорать пленник. — Не знаю! Он не называл своего имени! У него шрам на лице и один глаз белесый!
В моей голове тут же всплыл образ старого вояки. Неужели? Другие бойцы начали негромко переговариваться. Все поняли, о ком идет речь.
— Ты врешь, тварь! — крикнул заместитель.
Послышался смачный удар и очередной вскрик. А следом Рониль решил просто запинать нашего пленника.
— Не нужно его убивать. — моих ушей достиг голос Сайрин. — Пусть вещает дальше.
— Что еще делали? Рассказывай о последних приказах.
Заместитель уже даже не говорил, он выдавливал из себя слова. Слышно, что его горло сдавила злость.
И тут «хозяина» прорвало. Откровения полились рекой, да такие, что…
