На пути молодого талантливого дизайнера Билли Тейлор неожиданно возникает удачливый бизнесмен Трэвис Кент. Трэвис — выходец из семьи, олицетворяющей для девушки все зло и несовершенство мира, — семьи, повинной, по мнению Билли, в трагической судьбе ее родителей. Свое негативное отношение к этому клану Билли переносит на ничего не подозревающего Трэвиса, и между ними встает глухая стена недоверия, обиды, боли… Как сложится дальнейшая судьба героев, кто победит в их отчаянном поединке «любовь — ненависть», вы узнаете, прочитав этот увлекательный роман.
Маргарет Каллагэн выросла и получила образование в Омскете, небольшом торговом городке графства Ланкашир в Англии.
На первой же стажировке в школе она встретилась со своим будущим мужем Бобом. Как в счастливых романтических историях, это была любовь с первого взгляда. Маргарет пришлось оставить работу на время, так как у них родилась дочь Лаура, которой сейчас шестнадцать лет.
В настоящее время Маргарет преподает английский язык детям в возрасте от одиннадцати до шестнадцати лет в школе одного из центральных графств Англии.
Автор нескольких опубликованных любовных романов, Маргарет любит вкусную еду, хорошее вино, предпочитает проводить отпуск за рубежом и обожает своих избалованных котов.
— Прекрасно, леди. Что вы здесь делаете?
Голос раздался внезапно. Билли от неожиданности разжала пальцы и с ужасом почувствовала, что скользит вниз. Непослушные пальцы, инстинктивно сжимаясь, старались ухватиться за что-нибудь. Тщетно. Она приготовилась к худшему и закрыла глаза, прощаясь с садом и со всем миром. И вдруг небольшой толчок и остановка. Удивительно, но тонкие ветви выдержали ее вес. Она повисла на дереве, почти в четырех метрах от земли.
— Я спрашиваю вас, какого дьявола вы здесь делаете?
Ей хотелось ответить с сарказмом, но она сдержалась, так как явственно уловила в низком мужском сердитом голосе нотки беспокойства.
— Ну? Я жду. И поверьте мне, леди, я быстро теряю терпение.
Подумать только, какой нетерпеливый. За неимением ничего лучшего Билли решила сказать правду.
— Мне казалось, что в доме никого нет, — объяснила она, борясь с головокружением и сосредоточенно глядя вниз сквозь листву. — А мой кот…
Холодные черные глаза уставились на нее. На красивом лице не было и намека на снисхождение.
— Ах да, кот. Тот самый разбойник, который уничтожил мои клумбы, — процедил мужчина сквозь зубы. — Вместе с его невоспитанной хозяйкой. Очень мило с вашей стороны было заглянуть сюда.
— Я компенсирую все убытки, — заверила Билли.
— И прекрасно сделаете. Вы мне за все заплатите: за каждую луковицу, за каждый сеянец, за каждый куст.
— Если Смадж виноват, я буду счастлива заплатить, — холодно согласилась Билли. — Только пришлите счет. Я живу рядом.
— В облупленном коттедже? — усмехнулся он. — Не очень трудно догадаться.
Билли вспыхнула. Он прав: коттедж запущен, так же как и сад. Но у нее нет ни времени, ни денег, чтобы серьезно заняться ими. Плата за мамину лечебницу съедает все сбережения. Но это не дает ему никакого права осуждать ее и подчеркивать ее бедность.
— Да, именно в нем, — спокойно ответила она. — Заходите, пожалуйста.
Коттедж на вид, может быть, и неухоженный, зато чистый, и все в нем в полном порядке, и он прекрасно подходит для гостей. И он — мой, добавила она мысленно. Это, конечно, не Букингемский дворец, но это хороший дом, и я в нем счастлива. И никто, а уж тем более этот противный незнакомец с насмешливыми глазами, не сможет отобрать его у меня.
— Благодарю вас. — Он поклонился. — Но, думаю, в этом нет необходимости.
Билли обвела задумчивым взглядом высокую подтянутую фигуру нового соседа, потом взглянула на дом, который высился за его спиной. Да, за три коротких месяца здесь все преобразилось. Он, конечно, богат, горестно отметила она, и наверняка баловень судьбы. Впрочем, это необязательно означает, что он состоит из одних недостатков. Не исключено, что под этой холодной внешностью бьется золотое сердце. Маловероятно, но возможно. Эта мысль заставила ее улыбнуться.
— Я рад, что вы находите ситуацию смешной, — прорычал мужчина. — Но так как это мой сад, который вы успешно испортили, то, думаю, вам не покажется странным, что я не вижу в этом ничего смешного. А может быть, мне вызвать полицию и привлечь вас к суду за нарушение границ?
— Я же согласна заплатить за ущерб, — напомнила Билли.
— Вы заплатите за каждую травинку. И после этого, надеюсь, навсегда оставите меня в покое. Да? Кстати, вы не собираетесь спасать своего маленького негодяя? Чего ради вы сейчас уселись на моем дереве?
— Ваш сад, ваша клумба, ваше дерево. Помешаны на собственности, да? — спросила она глумливо.
И его переулок, вспомнила она, его личный переулок, о чем свидетельствовал недавно нарисованный четко обведенный знак. Нет слов! Она ездила по этому переулку туда и обратно вот уже четыре года. Теперь ей придется ездить на работу кружным путем и выезжать на пятнадцать минут раньше.
— Вы знаете, — тихим голосом доверительно произнес сосед, складывая руки и мрачно улыбаясь, — у меня есть сумасшедшая мысль убрать эту лестницу, мою лестницу, — твердо подчеркнул он, — и уйти, чтобы вы поволновались. Два или три часа посидите на ветке, как попугай, — вероятно, этого будет достаточно, чтобы научить вас хорошим манерам…
— Пожалуйста, сэр, могу я забрать своего кота? — высокомерно спросила Билли, оборвав его.