Гнев, изумление, невозможность хоть что-то исправить или хотя бы отомстить… Он и сам не заметил, как оказался рядом, схватил, прижал ее к себе, пробормотал в притиснутую к груди рыжую макушку:
— Нет. Никогда.
На следующий день заявился Ольгер.
Бэрин не видел его несколько лет и узнал не сразу. То есть не сразу соотнес знакомый запах и внешность того, кому он принадлежит… Поднялся с мостков, где обучал звереныша ловить рыбу удочкой, вглядываясь в приближавшийся вдоль озера силуэт. Мужчина шел неторопливо, но уверенно, нисколько не замешкавшись при виде того, что дом уже занят.
Остановился перед мостками, щуря зеленые хищные глаза. Сказал медленно:
— Кого я вижу! Бэрин из рода Фэрлинов!
— А это никак безродный Ольгер! — в тон ему отозвался Бэрин. Тот сощурил глаза уже до щелок, пряча под веками сверкнувшую ярость. Перевел взгляд на звереныша — тот смотрел на него с опаской. Да уж, оскал Ольгера никто бы не назвал улыбкой…
— Вижу, — сказал Ольгер, вдоволь насмотревшись на лисенка, — твой непреклонный братец все-таки изменил своим хваленым принципам и нашим законам?
— Ошибаешься, — Бэрин подтолкнул звереныша в загривок, тот понятливо побежал к дому. — Этот здесь против воли Фэрлина.
— О, неужели ты наконец-то решился пойти против своего брата?
— Да. Раз я считаю его решение неправильным.
— А когда изгоняли меня… — медленно продолжил Ольгер.
— Это вопрос?
— Нет. Уже не вопрос.
Бэрин перехватил его взгляд, обернулся. Лисса стояла в проеме двери, рассматривая нежданного гостя.
— Ого! — сказал Ольгер. — Да ты прекрасно устроился! Домик у озера, горячая девчонка… — Он большими шагами направился к дому, уже издалека говоря громко: — Что-то не припомню я таких рыженьких… Добрый день! Познакомимся?
Лисса молча отступила в темноту дома, не спуская с Ольгера настороженных глаз. Звереныша-то она уже давно затолкала себе за спину.
Ольгер покачал головой, повернулся, картинно разводя руками:
— Дикая она у тебя какая-то! С каких пор меня стали пугаться хорошенькие девчонки?
— Может, с тех самых, как ты начал убивать людей? — предположил Бэрин. Выглядел Ольгер скверно: похудевший, сутулящийся, в изрядно потрепанной одежде и с тощим дорожным мешком за плечом. Явно провел много и много дней в дороге. Насколько Бэрин помнил, Ольгер уезжал на хорошей лошади из замковой конюшни… — А где же твоя лошадь?
— Уже нет, — кратко ответил Ольгер.
— Надолго в наши края?
— Это зависит от… — Казалось, Ольгер задумался, как продолжить. Или просто намеренно сделал паузу, чтобы заинтриговать и озадачить. Всегда любил такие игры. Не дождавшись вопросов, изгнанник продолжил так же задумчиво: — Значит, Фэрлин против, чтобы этот Зверь жил на его земле…
Бэрин почувствовал, как у него непроизвольно напряглись мышцы — Ольгер, несомненно, тоже это заметил.
— Если думаешь, что лорд разрешит тебе вернуться лишь из-за того, что ты убьешь звереныша, то очень ошибаешься. Ты помнишь приговор. Делать тебе здесь больше нечего.
— Нечего? — Ольгер по-прежнему выглядел задумчивым. — А по-моему, ошибаешься как раз ты! Я соскучился и думаю, кое-кто соскучился по мне. — Насмешливо-высокомерный взгляд. — И пока я кое с кем не увижусь, никуда не уйду. Хочешь меня задержать — попробуй!
Ольгер поддернул лямки мешка, повернулся и намеренно неторопливо двинулся по тропе, ведущей в замок. Бэрин хмуро смотрел ему вслед. Он знал, к кому направляется Ольгер. Лишь день назад он бы постарался изгнать его — хотя Ольгер старше и опытней, но, начнись драка, неизвестно, кому бы пришлось удирать, поджав хвост. А сейчас он должен остаться с Лиссой и с ее зверенышем — охранять и от Ольгера, и от братьев-волков. Каково же Фэрлину оставлять свою жену при отъезде — хотя Инта всегда под присмотром и охраной. Какого… пса он вдруг начал сравнивать себя и Фэрлина?! Или Лиссу с Интой?!
Но нельзя же дать Ольгеру так просто разгуливать по их земле!
Словно ответ на его мысли, прозвучал стук приближавшихся копыт. Бэрин уже знал, кого увидит: конечно, нетерпеливый парень и дня не может провести без своей любви! Бэрин пошел навстречу. Схватил коня под уздцы — Гэв, окидывая жадным взглядом дом и берег, перекинул ногу через седло. Бэрин остановил его:
— Подожди, не слезай. Ты никого не встретил? Никого не почуял?
— Нет.
Значит, как изгой ни хорохорился, все-таки сошел с тропы…
— Ольгер вернулся.
Гэвин перестал озираться, выпрямился в седле. Уставился на него. Лицо его залило краской, потом румянец схлынул, оставив на щеках бурые пятна.
— Как… вернулся?
— Так. Тебе придется предупредить лорда. Пусть они будут настороже.
Гэв было тронулся с места, но вновь натянул узду.
— А как же… — он кинул взгляд на закрытую дверь, — вы?
— Ну, до твоего возвращения мы как-нибудь продержимся.
Лицо парня просветлело, и он тронул коня коленями.
— Я скоро!
