Эрик, стоявший на аллее парка, поднял голову и замер. Вряд ли его мучают галлюцинации, но это был тот самый смех. То, чего ему почему-то не хватало. И он вдруг понял, что с облегчением вздохнул. Но другая его часть, логичная и рассудительная, неодобрительно возразила – что за вздор, разве за две недели он стал считать, что женский смех – то, что ему необходимо для душевного равновесия? Эрик отмахнулся от этих мыслей и направился в сторону пруда.
С ней было животное. Довольно непоседливая и шумная собака. Маргулис остановился позади них, просто слушая и не желая нарушать их прогулку своим присутствием.
– Пойдем, – сказала Лия собаке, которой понравилось купание – она упорно пыталась повторить трюк с брызгами. Повоевав несколько минут с ней, Лия стала возвращаться на аллею.
На тропинке позади них стоял мужчина в темных очках, сложив руки за спиной и смотря вдаль – один из многочисленных гуляющих по парку в вечернее время. Лия уже оказалась на дорожке аллеи, когда внезапно поняла, что ей на удивление кажется знакомым этот человек. Во всяком случае, она точно его где-то уже встречала. Лия повернулась и взглянула на мужчину – тот смотрел на пруд, не отрывая взгляда. Возможно, ей показалось, и она зря ломает голову, пытаясь вспомнить его.
Лия собралась идти дальше, но в ту же секунду мужчина снял очки и подставил лицо поднявшемуся над прудом ветру. Теперь она узнала его: это был тот самый слепой мужчина из госпиталя, его фамилия начиналась на “М”. Он снова надел очки и двинулся по дорожке в её сторону.
– Добрый вечер, – сказал Маргулис, поравнявшись с Лией.
– Добрый,– Лия подумала, что ей не хватало исходившей от него ауры спокойствия и уверенности.
– В этом парке кажется, всегда можно встретить случайно знакомых людей,– кивнул он в сторону гуляющих горожан.
– Парк так удобно расположен,– согласилась Лия.
– Я всё время забываю спросить, как Вас зовут?– Он неторопливо шагал, постукивая тростью.
– Лия.
– Лия,– повторил он,– Что же, будем знакомы. Я – Эрик.
Солнце окрашивало верхние этажи деловых центров в золотой цвет, отблеск на их окнах пробивался сквозь листья деревьев. Лия нарушила возникшую тишину.
– Вы гуляете один?
– Я – счастливый слепой потому, что мой слух позволяет мне осязать то, что я не могу увидеть, – он пожал плечами.
Оказавшись возле выхода из парка, Лия повернулась к нему:
– Мне надо спешить домой, меня уже наверно потеряли,– улыбнулась она вполне возможной ситуации, – Я была очень рада встретиться и побеседовать с Вами.
– Возможно, я смогу составить Вам компанию завтра во время обеда? Я знаю хорошее кафе рядом с госпиталем, – Эрик устремил на нее взгляд. Лия растерялась от немного необычной ситуации, но поняв, что от неё ожидается ответ, торопливо сказала:
– Это, безусловно, хорошее предложение.
– Но? – Взгляд остался неподвижным, – Ваш ответ подразумевает продолжение, и вероятно оно с негативным оттенком.
– Ничуть,– Лия оправилась от неожиданности и улыбнулась такому забавному искажению её слов, – Это действительно хорошее предложение, и я согласна.
– Тогда – до встречи.
– До встречи,– Лия продолжала стоять: бросить слепого человека, в центре города казалось её преступлением. Но он, кажется, не хотел, чтобы она оставалась и своими действиями намекнула на его дефект.
– Ну, я пойду, – сказала она и взглянула на мужчину. Поскольку на его лице ничего не отразилось, Лия действительно пошла прочь по улице, раздумывая – правильно ли сделала, оставив его? Завернув за угол ближайшего дома, она выглянула – Эрик шел неторопливо и уверенно, чуть подняв лицо по обыкновению слепых и, кажется, действительно не нуждался в чьей-либо помощи.
“Правильно ли я сделала, согласившись пообедать с ним? – Размышляла Лия, лежа ночью без сна,– Раньше я никогда не была столь скоропалительна в решениях. Возможно, и в этой ситуации не следовало поддаваться порыву. Но, кажется я действительно не жалею, что встречусь с ним завтра”.
Эрик никогда не считал себя безумцем, даже если его так и называли. Даже когда он принял решение о создании компании. Даже когда он начал пробовать себя на биржевых сделках. Даже когда он принял решение поступить в университет.
Нет, сумасшедшим он не был никогда. Но сейчас Эрик сомневался в этом. Потому, что только безумием можно назвать то, что он сделал. Он фактически навязал ей себя завтрашней встречей. Не будучи знакомым с ней, не зная её толком, он просто понадеялся наудачу. И удача его не подвела.
