Собственный опыт это не чужие знания из учебников, которые надо "грызть", он приходит нежданно-негаданно посредством наблюдений или жизненных перипетий, и только человеку решать переводить его в категорию знаний или нет. Во второй сборник рассказов "Гранитные крошки" вошли истории, основанные на моих личных переживаниях или наблюдениях, уроки из которых я закрепила в художественной форме. Что-то заставит посмеяться, а что-то задуматься.
Капли дождя отплясывали по зонтику Виктории некий задорный танец, а она, перепрыгивая через лужи, бежала на работу, что-то грустно мурлыкая под нос в ритме заданном холодным октябрём. Мобильник в сумочке, внепланово зазвучав аккордами из детской песенки, переключил внимание молодой женщины на себя.
— Вик, спасай, опять хандра одолела, а только понедельник, до наших воскресных посиделок с плюшками ещё далеко, — заскулила младшая сестра.
Женщина, словно по мановению волшебной палочки, нацепила дружелюбную маску, и будто заведённая игрушка, размахивая зонтиком, начала театрально восклицать: — Мария, какая хандра? Откуда? Кто позволил?
— Дождь-плакса нагнал, — прогундосила та.
— Глупости! Официально заявляю — дождь не плакса, он хороший. Он прибирается перед зимой. Всё в соответствие с трудовым договором с природой. Нарушений инструкции не выявлено. Любые замечания не валидны.
Мария расхохоталась: — Ты прямо как адвокат на судебном заседании!
Тем временем Виктория с напором продолжала: — Что у тебя в институте студенты озорные перевелись? Сейчас кто-нибудь что-нибудь да сотворит!
— Вот уж спасибо за пожелание! — снова прыснула со смеху сестра, и с заботой в голосе, мягким тоном добавила: — Эх, применила бы ты свою фирменную находчивость и к себе. Ладно, пойду пострелят веселить философией. Не грусти, хорошего дня!
Через несколько минут войдя в офис, Виктория быстро сбросила мокрое пальто на вешалку и, подмигнув настенным часам в уютной приёмной, запрыгнула на рабочее место минута в минуту с началом трудового дня, не забыв повторить любимую утреннюю мантру: «У меня всё отлично получается!».
Раздался звонок стационарного телефона, замигав лампочкой городской линии.
Ловко схватив трубку, молодая женщина отчеканила: — Доброе утро! Директор в командировке. Вы можете оставить ему сообщение. Диктуйте, я передам.
На другом конце повисло молчание. Виктория повторила дежурную фразу и, не получив ответа, повесила трубку. Она полила любимые миниатюрные кактусы, и, приготовив кофе со сливками, под тонкий восхитительный аромат, окутавший всё помещение, погрузилась в рутинные обязанности помощника руководителя.
Вскоре звонок по городской линии повторился, и ответом снова было молчание. Вика никак не реагировала. За несколько лет работы она привыкла к тому, что входящие звонки могут быть самого разного характера. Казалось, что порой люди просто хотят хоть кому-то выговориться, и она частенько играла в любителя-психолога, пытаясь снять раздражительность звонящего, перед тем как переключить к шефу, но в этот раз видимо попался молчун.
К обеду, когда немой звонок повторился в шестой раз, интуитивно догадываясь, кто её беспокоит, она решила ответить этому затянувшемуся молчанию.
— Я знаю, что это ты. Поверь, я не страдаю. Разошлись и ладно. Жизнь продолжается.
В трубке раздалось сопение: — Ты игнорируешь мои звонки на сотовый телефон… Вот решил так послушать твой голос… Викусь, может, забудем то, что было? Я сейчас один. Мы бы снова могли жить вместе, как раньше…
В груди неприятно царапнуло, картина подружки в обнимку с теперь уже бывшим мужем промелькнула перед глазами грязным пятном и, перейдя на шёпот, женщина произнесла давно заготовленную речь: — Всё кончено. Мы оба поставили эту точку. Как раньше уже не будет. Не звони мне больше.
— Дождь плачет вместе со мной…, — долетели жалостливо произнесённые слова из трубки, перед тем как Виктория её положила.
Глубоко вздохнув, она посмотрела в окно. Образы потерявшего краски родного города были размыты потоками воды, он словно постарел. Но тут во всей этой мутной картине Виктория увидела, несметное количество ручейков, играющих переливами хрустально-перламутровой глубины, как обычные мыльные пузыри, они несли в себе чудо — теплый привет солнца.
Неожиданно молодая женщина словно засветилась изнутри и впервые за долгое время улыбнулась. Ей больше не хотелось плакать. Она вдруг осознала, что её мысли спустя три месяца после развода наконец-то выстроились в стройный ряд, и она тихо проговорила: — Я же адвокат дождя. Я точно знаю, он не плачет, нет. Он смывает следы былого. Очищает, чтобы было куда прийти весне. Генеральная стирка, вот чем он занят. Ура! Я наконец-то закончила уборку в мыслях. У меня всё отлично получается!
Увлечённо работая над чертежами, Ульяна услышала, как будто из другого мира к ней прилетел вопрос: «Ты готовишься ко Дню Матери?».
Невидящим взором юный специалист оторвалась от проектирования в компьютере, и кивнула в приоткрытую дверь, где коллега, уже махнув рукой, собиралась её закрыть.
— Да. Да готовлюсь, — быстро соврала Ульяна, и пообещала: — Потом обсудим. На перерыве.
