Квадратики снова осветились белым. Верхние символы изменились, теперь надо оперировать меньшей единицей времени, то есть днем. Третье апреля – это девяносто третий день земного года, таким образом Этан набрал это число, используя двоичный код: 1011101. Квадратики покраснели, сообщая, что дата тоже принята.
И снова квадратики светились белым. Верхние символы опять изменились, теперь они показывали мельчайшие единицы времени: часы и минуты.
Этан вспомнил слова Джей-Ди: «Время я запомнил точно – было восемнадцать минут одиннадцатого».
Именно в эту минуту перепуганная медсестра позвала его смотреть по телевизору новости, где в прямом эфире показывали картины взрывов в небе: так горгонские корабли начали свое зловещее вторжение на планету. Этан решил набрать ровно десять часов утра, в двоичном коде это – 1111101000. Хронометр куба был согласован с часами объекта S-4, которые показывали все двадцать четыре часа суток, а значит, это число прочтут правильно, как десять утра, а не вечера.
– Процесс начнется, когда я нажму на «вход», – сказал Этан. – Что вы будете при этом чувствовать, я не знаю. Зато знаю, что это тело мне больше не понадобится и я оставлю его здесь. Готовы?
– Готов, – ответил президент.
Тик его прекратился, только желваки ходили на скулах.
– Готов, – сказал Джефферсон, глядя на Этана остекленевшими глазами. – Господи… надеюсь, у тебя все получится.
Фогги Уинслетт просто кивнул.
– Да, – сказал Дерримен.
Этан перевел взгляд на Оливию:
– А вы готовы?
Она все не могла отвести глаз от Дейва. Наконец подняла усталый, потрясенный взгляд на Этана:
– А все, кто погиб… они будут там живы?
– Думаю, да, так и было задумано.
– И Винсент, – сказала она, – и Дейв тоже. Все они. Боже мой…
По щекам ее потекли слезы.
– Итак, начинаем, – сказал Этан, который уже чувствовал за стальной дверью некое оживление. – Прощайте, Оливия.
Ему захотелось обнять ее, поблагодарить за все, что она для него сделала, но время уже истекало. Он быстро протянул руку и взял у Джефферсона куб, чтобы набрать последнюю комбинацию.
Враг ворвался, когда он успел набрать семь цифр.
Отреагировать Этан не успел: сквозь закрытую дверь в комнату влетели два сайферских энергетических шара. Один попал в Дерримена и почти уничтожил верхнюю часть его тела. Нижняя часть торса покачнулась, единственная оставшаяся рука провела по воздуху, словно хотела нащупать, куда подевалось все остальное, и лохмотья пиджака вспыхнули. Следующие два шара выбили искореженную дверь вместе с большим куском стены. Охваченная по краям пламенем, стальная плита двери, окруженная кусками бетона, влетела в комнату. Остальные, кто там находился, взрывной волной оказались сбиты с ног, стеклянная перегородка рассыпалась вдребезги. Кусок бетона размером с кулак сломал Джефферсону правую ключицу, удар повалил его на пол. Куб тоже упал на пол, и его завалило горящими обломками.
Этан стоял на коленях. Из глубокого пореза над левым глазом струилась кровь. Кусочек раскаленного бетона оставил на левой щеке ожог. Сломанная рука выскочила из перевязи и безжизненно повисла. Невыносимая боль почти парализовала все тело. Потрясение было страшное, еще немного – и он потеряет сознание. Он смутно различил проходящую сквозь неровную дыру фигуру: это был сайферский боец, свой бластер он держал на изготовку и в любую секунду мог снова выстрелить. Этан узнал вытравленный в правом нижнем углу лицевого щитка этой заслуженной машины небольшой красный значок, говорящий о том, что перед ним безжалостный убийца – именно этот боец расправился с Беннетом Джексоном.
В голове Несущего Смерть заработали мыслительные цепочки. Солдат понял, что его основная цель находится перед ним, впереди и чуть слева, в беспомощной позе, хотя, возможно, обманчивой. Но здесь было еще кое-что интересное: предмет, от которого исходили некие электрические флюиды, а такого Несущий Смерть прежде никогда не испытывал. Предмет имел форму куба и лежал рядом с первоочередной целью. На одной из граней куба светились два квадратика. В одно мгновение схемы Несущего Смерть опознали объект как неизвестную угрозу, которую следует немедленно уничтожить; боец сменил цель и направил бластер на куб, чтобы сжечь его, превратить в расплавленное ничто.
Но тут в его лицевой щиток ударил кусок бетона, и на секунду произошел сбой.
– Нет! – ахнул президент, который только что выбрался из-под обломков; половина лица его представляла собой кровавую маску.
Этан почувствовал, что в комнату входит еще кто-то. Этот кто-то находился за его спиной. Он был холоден, неумолим и ужасен.
Сайфер тоже это почувствовал и мгновенно развернулся, направив туда оружие, но выстрелить не успел: в воздух, словно копье, уже взметнулась и пролетела над головой миротворца мощная струя жидкости.
