Медленно опустившись на землю, я смотрел, как ковыляет в мрачную чащу проклятый навеки всадник. У самой опушки он вдруг остановился и, обернувшись через плечо, посмотрел мне прямо в глаза. Наша дуэль взглядов продолжалась недолго, от силы пару секунд, но я успел заметить, а может мне и показалось просто, что броня его доспехов начала осыпаться.
Спустя пару минут плач в глубине леса неожиданно затих. А затем ночь вновь озарилась вспышкой. Но на этот раз не огненной и яростной, но белой.
Цвета садов Эдема.
Перебирая в руках комья земли, я сидел и думал, что Эдвин, возможно, в чём-то прав. И не нужны вовсе никакие проклятия и чернокнижники, чтобы заставить человека мстить даже после смерти. Всё это чушь и внешняя шелуха. Иногда достаточно всего лишь переступить границу дозволенного. Запретить юной девушке любить, поставить идею, даже самую благую и нравственную, выше человека и разорвать его на части за неподчинение. А затем…
Затем всего лишь надо переступить её вновь.
Поднявшись с земли, я отряхнул руки и направился вслед за рыцарем.
Кто-то ведь должен поймать лошадей.
[1] Детская игра, популярная в Лирране и бывших провинциях Западной Империи. Заключается в попытке передать как можно более тихим шёпотом от первого участника игры — последнему какую-либо фразу без искажения смысла.
[2] Тёмный, доходящий до черноты пурпур. Цвет Инферно и Армии, из-за чего и получил своё название.
