На пустынном острове у границы антарктических льдов уже несколько миллионов лет лежит самый большой из когда-либо упавших на Землю метеоритов. Палмер Ллойд, нью-йоркский миллиардер и известный собиратель редкостей, решает пополнить свою коллекцию этим таинственным пришельцем из глубин Вселенной. Вся операция по перевозке глыбы весом в четыре тысячи тонн должна проводиться в обстановке строжайшей секретности, чтобы ничто не помешало Ллойду завладеть вожделенным раритетом. Однако опасность угрожает не только извне, она таится в самом метеорите. Постепенно члены экспедиции начинают понимать, что не они захватили этот таинственный древний объект, а он захватил их и не собирается отпускать живыми.
Линкольн Чайлд посвящает эту книгу своей дочери Веронике
Дуглас Престон посвящает эту книгу Уолтеру Уинингсу Нельсону, художнику, фотографу и товарищу по приключению
Ссылка на карту: http://oldmaglib.com/book/p/Preston_Douglas_and_Child_Lincoln__The_Ice_Limit_map.jpg
«Граница льдов» частично обязана своим появлением реальной научной экспедиции. В 1906 году адмирал Роберт Э. Пири открыл в Северной Гренландии самый большой в мире метеорит, который он назвал Анайито. Он обнаружил его, потому что эскимосы, жившие в тех краях, использовали железные наконечники холодной ковки. Проведенный Пири анализ показал, что они имеют метеоритное происхождение. В конце концов Пири открыл Анайито, но только с громадными трудностями смог погрузить его на свой корабль. Когда эта огромная масса железа оказалась на борту судна, вышли из строя все судовые компасы. Пири удалось доставить Анайито в американский Музей естественной истории в Нью-Йорке, где он и экспонируется до наших дней в зале метеоритов. Пири рассказал об этом в своей книге «На севере у Великих льдов». Он пишет: «Никогда я не осознавал так полно необычайной значимости силы земного притяжения, как при обращении с этой горой железа».
Анайито настолько тяжел, что покоится на шести массивных стальных колоннах, которые пронзают пол зала метеоритов, проходят через подвал и крепятся к скальной породе под зданием.
Нет нужды говорить, что, хотя многое из упомянутого в книге действительно существует, «Ллойд индастриз», «Эффективные инженерные решения», все персонажи, американские и чилийские корабли, описанные в романе, являются выдумкой. Мы взяли на себя смелость придать танкеру внешний вид, конструкцию и характеристики, наиболее подходящие для этого повествования.
Кроме того, хотя на карте есть большой остров под названием Десоласьон, расположенный в трехстах пятидесяти милях к северо-западу от границы льдов, наш остров, его особенности, размер и местоположение полностью вымышлены.
Между двух бесплодных холмов пролегла длинная безымянная долина с пятнистым серо-зеленым дном, покрытым мхом, лишайниками и травами. Была середина января, разгар лета, и расселины между обломками скал заполнили крошечные цветы жирянки. На востоке бездонной синевой светилась стена снежника. Воздух наполняло гудение черной мошки и комаров. Летний туман, скрывавший остров Десоласьон, временно разошелся, позволив бледному солнечному свету испятнать дно долины.
По галечниковой ложбине медленно брел человек. Останавливался, потом продолжал движение, снова останавливался. Он шел напрямую: ни дорог, ни троп не было на островах у мыса Горн — самой нижней оконечности Южной Америки.
Нестор Масангкей был одет в поношенную непромокаемую одежду и засалившуюся кожаную шляпу. Его жидкая борода так пропиталась морской солью, что распалась на отдельные пряди, которые при ходьбе болтались подобно змеиным языкам. Масангкей вел за собой двух тяжело нагруженных мулов. Некому было слушать его голос, неблагозвучно комментирующий наследственность мулов, их характер и право на существование. Время от времени он подкреплял свое недовольство ударом прута, зажатого в коричневой от ветра и солнца руке. Никогда ему не попадался мул, особенно из взятых напрокат, который ему понравился бы.
Однако в голосе Масангкея не было злости, и в удары он не вкладывал силы. В нем нарастало возбуждение. Обшаривая взглядом ландшафт, он отмечал каждую деталь: круто вздымающийся базальтовый склон на расстоянии мили, двух-жерловую вулканическую вилку, необычное обнажение осадочной породы. Геология выглядела обещающей. Очень обещающей.
Масангкей шел по долине, глядя в землю. Время от времени подкованным крупными гвоздями сапогом он выбивал привлекший его внимание камень. Борода тряслась, Масангкей недовольно ворчал, и чудной караван двигался дальше. В центре долины сапог выбил из залежи очередной камень, но на этот раз Масангкей остановился. Поднял находку, осмотрел рыхлый камень, ковырнул его большим пальцем и растер приставшие к коже мелкие гранулы. Затем поднес песчинки к лицу и стал рассматривать их через ювелирную лупу.
Масангкей узнал в зеленоватом осколке с белыми вкраплениями минерал, известный как коэсит. Именно в надежде найти этот непримечательный с виду камень он и проделал путешествие в двенадцать тысяч миль.
На лице Масангкея появилась широкая улыбка, он воздел руки к небу и исторг громкий восторженный вопль. Холмы долго обменивались эхом его голоса, перекатывая звуки взад-вперед, взад-вперед, пока они наконец не замерли вдалеке.