Граница миров полностью

Такого голоса Виктория сроду еще не слышала. Он был одновременно и мужской и женский и, казалось, шел с неба. Она посмотрела наверх: там, высоко-высоко, на краю крыши кто-то сидел. Виктория попыталась его разглядеть, но ее зрение путешественницы делало то, что находилось вдали, еще более расплывчатым.

– Don[22] Янус! – приветствовал его Крестный, резво вскочив на ноги. – Я искал вас.

Существо исчезло с крыши. Оно не упало оттуда, его просто там больше не было. Теперь оно стояло посреди улицы, прямо перед Крестным. Его тело, как и голос, не походило ни на мужское, ни на женское – скорее, на оба сразу.

– Меня никто не ищет, зато я нахожу других. Особенно тех, кто не повинуется мне.

Любопытство моментально перевесило страх Виктории перед Другим-Рыжим-Прерыжим-Добряком. Мужчина-Женщина был таким же огромным, таким же нарядным и таким же непроницаемым, как Отец, хотя ничем остальным не походил на него. У этого была кожа нежно-кремового, карамельного цвета, усы, закрученные спиралью, как винтовая лестница, и жабо на шее, такое пышное, что голова напоминала вишенку на кремовом торте.

Мужчина-Женщина тоже не видел Викторию. И вообще он смотрел только на Крестного.

– Мне известно всё, что происходит на Аркантерре, niño[23]. Я знаю, что ты создал прямой путь между моим ковчегом и Полюсом, что нанес визит первой фаворитке моего брата Фарука, что намеревался привезти ее сюда и представить мне, рассчитывая, что ее влияние вынудит меня изменить планы.

Мужчина-Женщина изъяснялся медленно, протяжно, не переводя дыхание.

– Но мои планы не изменились. И распоряжения остались прежними. Никто не должен проникнуть на Аркантерру, и никто не должен ее покинуть. Включая и тебя, niño. Неужели ты и впрямь думал, что я ни о чём не догадывался?

– Я на это надеялся, – ответил Крестный. – Да я и отсутствовал-то какой-нибудь час, но вернулся ни с чем. Так стоит ли устраивать из-за этого трам-тарарам?!

– Мои Розы Ветров – целых восемь Роз! – исчезли, испарились в пространстве.

Виктория была почти уверена, что Мужчина-Женщина не собирался шутить, но Крестный прыснул со смеху.

– Клянусь, я тут ни при чём! Я всего лишь создал прямой путь до Полюса, да и тот аннулировал сразу по прибытии.

Из белого фасада ближайшего дома выдвинулся большой каменный блок и, раскрывшись как лист картона, превратился в балкон. Люди, стоявшие на нем, перегибались через перила, стараясь рассмотреть, что происходит внизу.

– Восемь моих Роз бесследно исчезли, – повторил Мужчина-Женщина. – И участки, на которых они находились, тоже. Я попросил señores[24] из управляющей компании проверить, в чём дело, и их отчет был предельно ясным. Ты куда-то пропадаешь, а после твоего возвращения, niño, ковчеги разваливаются на части. Лично я склонен считать, что эти явления взаимосвязаны.

Мужчина-Женщина наклонился вперед таким резким движением, что Виктория испугалась, как бы он не упал на Крестного. И тут она заметила, что к нему сзади приникла огромная тень, похожая на дымовую завесу. Никто, кроме Виктории, как будто ее не замечал, эту тень. Она напомнила ей большие когтистые тени Мамы и Отца, хотя и выглядела иначе.

– У меня нет иного выхода, кроме как признать тебя одним из моих потомков, поскольку в твоих жилах течет моя кровь и ты унаследовал от меня небольшую долю моего могущества. Тем не менее мне придется тебя наказать за то, что ты так скверно распорядился ею.

Виктория уж было испугалась, увидев, как Мужчина-Женщина разжал руку с гигантскими пальцами и протянул ее к голове Крестного, словно хотел стиснуть ее в кулаке.

Но тут произошло нечто очень медленное и одновременно очень быстрое. Виктория увидела, как гигантская тень отделилась от Мужчины-Женщины, взвилась в воздух дымным вихрем и приземлилась на мостовую прямо за спиной Крестного. В следующий момент и сам Мужчина-Женщина оказался там же и занял место тени, при этом даже пальцем не шевельнув.

Он хлопнул Крестного по спине так сильно, что у того с головы свалился цилиндр.

– Ладно уж… Я подумал и решил, что ты всё-таки недостаточно могуществен, чтобы вызвать такие потрясения в пространстве.

Виктория перевела взгляд на Другого-Рыжего-Прерыжего-Добряка. Тот стоял неподвижно и спокойно, зато его тени совсем взбесились. Они буйно плясали у него под башмаками, простирая руки – тысячи рук! – к Мужчине-Женщине, словно хотели оторвать от него гигантскую дымовую завесу, но тщетно: им это не удавалось.

Крестный подобрал цилиндр и грациозным движением водрузил его на свою всклокоченную шевелюру.

– Упомянутые вами потрясения, don Янус, вероятно, дело рук Бога. Вам следовало бы постараться вытащить его оттуда, где он скрывается, вместо того чтобы читать мне мораль. Вы – основатель Семьи аркантерровцев, которые свободно преображают пространство, и вам известно, что Эгильеры – их элита – способны разыскать кого угодно и где угодно. А вы заставляете их сидеть под землей подобно кротам… Какая неразумная бережливость!