Не в силах возразить ни слова, Гарри повернулся к ней и увидел, что у нее на глазах блестели слезы, которые отозвались глухой болью в его сердце. Неожиданно он вспомнил все те минуты своей долгой жизни, когда ему было так нестерпимо больно. У него перед глазами встала картина сгоревшего дома молодого парфянина, приютившего его в самое тяжелое для него время. Ведь тогда он отлучился всего на день, а вернувшись узнал о случившемся пожаре и о том, что Нина погиб, пытаясь спасти мать.
Перед глазами Гарри поплыли строчки короткого письма одного из сыновей старого Андреаса, хранителя библиотеки, в котором сообщалось, что старик умер в полном одиночестве посреди хранимых им рукописей. Ведь узнав правду о своей смерти, он, Гефестион, бросил его и уехал, так больше никогда и не навестив.
Голдфилд вспомнил изувеченный огнем труп молодой индианки, погибшей в учиненном им пожаре, и остекленевшие глаза маркиза де Шевреза, застывшие в немой мольбе о справедливости. Разрушенный дворец в Вавилоне и почти стертый с лица земли дом его родителей. И наконец то, чего он никогда не видел, но прекрасно мог себе представить: тело Александра, брошенное на долгие дни в душной комнате, пока гетайры грызлись между собой, словно голодные собаки из-за брошенной кости. Все эти беды, случившиеся по его и не по его вине, навсегда легли шрамами на его сердце. И вот сейчас, Лилиан, девушка, которою он впервые в жизни искренне и по-настоящему полюбил. Что будет с ней, когда он уйдет, оставив ее на произвол судьбы? Не погубит ли он ту единственную, которая смогла пробудить в нем искренние нежные чувства и погасить пламень ненависти, пылавший в его душе?
--Лили... - с трудом проговорил он. - Я...
Неожиданно включившийся монитор компьютера на столе заставил его умолкнуть. Словно завороженный он опустился на стул, оторопело глядя на то, как кто-то проникал в его систему. Где-то в мозгу Гарри мелькнула догадка о том, что раз монитор дублирующего компьютера включился сам по себе, значит был введен правильный пароль, и центральный сервер открыт для доступа. А это значит...
Увидев изумленные от неожиданности глаза Голдфилда, Лилиан тоже посмотрела на монитор.
--Гарри, что случилось? - с тревогой спросила она.
--Садри... - прошептал он. - Он подобрал пароль к системе на моем домашнем компьютере.
--Подобрал пароль?! - с ужасом переспросила она. - Тогда сделай же что-нибудь! Останови его!
Ее слова вывели Голдфилда из оцепенения. Резким движением он придвинул к себе клавиатуру, и его пальцы лихорадочно забегали по клавишам.
--Заблокируй его! - повторял он. - Заблокируй вход в систему с параллельного компьютера!
--Сэр, - неожиданно раздался механический голос. - Машина "Б" подключена к системе в неактивном режиме. Ваш голос не был идентифицирован.
Несколько секунд Гарри растерянно моргал.
--Ну конечно! - хлопнул он себя по лбу. - Я же запрограммировал его на распознание собственного голоса!
--А что значит неактивный режим? - поинтересовалась Лилиан.
--Одна из ступеней защиты против несанкционированного доступа, которую машина использует по собственному усмотрению. Даже если пароль вводится правильно, и система открыта, ни одна из виртуальных кнопок на экране или ссылок не работает. Компьютер просто-напросто деактивизирует их, чтобы предотвратить вторжение.
--Представляю, - проговорила Тревис.
--Что?
--Лицо Садри, когда он это поймет.
--Я ему не завидую, - на лице Голдфилда расплылась довольная улыбка. - Уничтожь машину "Б"! - скомандовал он компьютеру.
--Уничтожить, сэр? - переспросил механический голос.
--Да, зарази ее каким-нибудь мерзким вирусом, который сотрет весь жесткий диск.
--Да, сэр.
--Отлично, - Гарри снова посмотрел на Лилиан и подмигнул ей. - Видишь, какой я умный?
--О да, - с улыбкой согласилась она.
***
Было около четырех утра, когда Гарри проснулся и посмотрел на спящую рядом Лилиан. Эту ночь они решили провести в бункере. Почти весь вечер они обсуждали его замысел и самые безумные планы, которые он собирался претворить в жизнь по возвращению в прошлое. Однако за все это время ни он, ни она так и не решились снова заговорить о том, что в случае успеха всего проекта им придется расстаться навсегда. Им обоим было нестерпимо больно думать о вечной разлуке, но Гарри снова и снова успокаивал себя тем, что другого выхода у него нет.
