Услышав последние слова своего помощника, Рино остолбенел. "Ты все делаешь только ради одной цели, чтобы вернуться и быть с ним", - громко прозвучали в его голове слова ученого.
-- Ты все делаешь только ради одной цели, чтобы вернуться и быть с ним, - тихо повторил Садри вслух. - Быть с ним...
Он откинулся на спинку кресла, чувствуя, как холодеет до кончиков пальцев ног.
--Господи! - прошептал Рино.
--Сэр, - Дженкинс с тревогой посмотрел на него, чувствуя, что с его боссом творится что-то неладное. - Вы в порядке?
--Да... я в порядке, - отозвался Садри. - Ты... иди пока, займись другими делами. А я... немного подумаю.
--Конечно, сэр, - молодой агент поднялся и вышел из комнаты.
Оставшись в компании лишь собственных безумных мыслей, Рино вскочил с места и начал быстрым шагом ходить по кабинету.
--Нет! Нет! - восклицал он. - Это какое-то безумие!
Наконец немного успокоившись, он вернулся в свое кресло.
--Гефестион, - пробормотал Рино, делая глубокий вздох. - Он же просто сумасшедший!
Его рука потянулась к телефонной трубке и набрала номер помощника.
--Майки, - начал он, когда тот ответил. - Свяжись с нашим психоаналитиком и договорись о встрече. Скажи, что мне очень нужно побеседовать с ним.
***
Мэтью Хардинг, скорей похожий на злобного психиатра, чем на безобидного психоаналитика, как обычно сидел в своем кабинете с абсолютно серыми стенами и копался в бумагах. Он уже давно сотрудничал с ФБР, и потому звонок Майкла Дженкинса и просьба о встрече нисколько не удивили его. Увидев Рино, вошедшего в его кабинет, Хардинг улыбнулся так широко, насколько только было способно его худое лицо. Подняв с кресла свою тощую фигуру, он пожал агенту руку.
--А, мистер Садри, - поприветствовал он Рино. - Рад вас видеть. Присаживайтесь.
--Спасибо, - федеральный агент опустился на стул напротив стола психоаналитика.
--Мне было довольно любопытно узнать, - произнес Хардинг, - что вы хотите побеседовать о раздвоении личности. Что именно вас интересует?
--Доктор Хардинг, - начал агент, - мне кажется, что я столкнулся с совершенно невероятным случаем. Я знаю одного парня, который, как мне кажется, страдает раздвоением личности и воображает себя неким историческим персонажем. В свете подобного заболевания его поведение может стать опасным. Поэтому я хочу узнать побольше об этом синдроме.
--Вы его уже арестовали? - поинтересовался психоаналитик.
--Пока нет. У меня нет для этого достаточных улик, - признался Рино.
--Ну, хорошо. Дело в том, что синдром раздвоения личности - довольно редкое и малообъяснимое явление.
--А чем оно может быть вызвано?
--Во многих случаях значительную роль здесь играет жестокое обращение с больными в детстве, приводящее к психической травме. Однако, дело не только в этом. До сих пор синдром раздвоения личности не имеет ясного и точного описания. Его толкование весьма произвольно: от психической имитации некоей ролевой модели с целью привлечь к себе внимание и восстания скрытого эго до крайних случаев, как например, полное раздвоение личности, которое обычно представляет собой некий защитный механизм сознания. Иногда, когда ситуация не поддается контролю, человек может решить, что он - больше не он и, следовательно, все проблемы отныне его не касаются. Жертвы насилия и жестокого обращения довольно часто переживают слабую форму раздвоения. Но если начинаются психозы, больной перестает осознавать, что он - больше не он, и происходит замена личности.
--Интересно, - Садри задумался. - Дело в том, что я разговаривал с коллегой того самого человека, но она не замечала ничего странного в его поведении. Может ли раздвоение личности носить скрытый характер?
--То есть вы хотите знать, могут ли люди в окружении больного человека замечать только одну из его личностей и ничего не знать о другой?
--Именно.
--Это сложный вопрос. Зависит от степени и характера заболевания. Мне трудно сказать об этом, не проведя обследования. Как я уже говорил, раздвоение личности - довольно малообъяснимое явление.
--А каким образом человек, страдающий этой болезнью, выбирает себе вторую личность? Почему решает взять себе тот или иной образ?
--Это уже зависит от самого больного и от того, кем ему удобно быть вместо того, чтобы быть самим собой.
--Понятно, - Рино старался переварить все услышанное. - Что ж, большое спасибо.
--Надеюсь, я сумел хоть немного вам помочь, - Хардинг улыбнулся.
--О, да. Вы мне очень помогли, - Садри поднялся и поспешил откланяться.
Покинув кабинет психоаналитика, он вышел на улицу и медленно прошелся вдоль авеню. "Надо бы покопаться в прошлом Гарри Голдфилда, - промелькнуло у него в голове. - Узнать откуда он и кто его родители". Рино достал сотовый телефон и набрал номер помощника.
--Майки, найди мне все на Голдфилда. Все, что только сможешь, до мельчайших деталей.
***
