Находиться у парня на руках было крайне неуютно и неправильно. Мне было некомфортно, будто в личное пространство влезли против моей воли. Тем более Аарон не сказать, чтоб отличался большой выносливостью. Мне показалось, что силы его покидали, и он еле держал меня на руках, хоть старательно и делал вид, что это не так. Решив, что я достаточно пришла в себя, чтобы идти самостоятельно, я хотела попросить опустить меня, но вместо этого просипела что-то нечленораздельное, а сил повторить уже не хватило. Все беспокойно посмотрели на меня и переглянулись.
— Что, совсем плохо? Давайте тогда в лечебницу? — на лице Аарона отразилось беспокойство.
Я быстро, ну… насколько смогла, замотала головой. Ещё чего не хватало.
— Нет, я хотела спросить, — прочистив горло, с трудом заговорила я, понимая, что просить меня опустить всё равно бесполезно, а значит сменим тему. — Там в палате ты не договорил про кресты на ширмах. Что они означают?
— Аааа, точно, — не сразу сообразил он, о чём я. — В общем, есть у меня тётушка, вредная до ужаса. Отец её крайне сильно не любит, но родня, приходится общаться… Ну да ладно, так вот, тётя моя — та ещё скряга, где-то сэкономить или кому-то недоплатить — её любимое дело. И вот не знаю по какой причине, она поругалась со своим целителем и не заплатила ему солидную сумму. Целитель на это сильно обиделся и напоследок подмешал тётушке в чай некое зелье, и напала на неё икота. Икает и не может остановиться, а самое забавное, что это было заразно. Икать начали все, кто с ней контактировал. В чём дело, сообразили не сразу, а в зелье том было хитрое массовое проклятие. Ну и поместили дражайшую родственницу в ту палату вместе со всеми икающими слугами. Ох, как она ругалась и грозилась найти и оторвать голову целителю, да тот уехал, и не нашли его.
— Ничего себе проклятье, — хмыкнула Ирмис, — вот так знакомого встретишь, а с него какая-нибудь смертельная жуть перекинется. И всё.
Она провела пальцем по шее, а я лишь порадовалась, что что-то действительно опасное и смертельное способны сделать очень немногие. Ну я надеялась.
Спустя полчаса мы были уже на пороге комнаты. Клятвенно заверив, что со мной всё в порядке, я кое-как выставила ребят из комнаты.
— Если что — зови, — шепнул Винсент Нии и закрыл за собой дверь.
Взяв полотенце и шагнув к двери, я вцепилась в дверцу шкафа в очередном приступе головокружения.
— Девочки, — грустно выдохнула я, — мне очень неудобно, но сама я в душ не дойду, помогите мне, пожалуйста.
— Да, о чём речь, — махнула рукой кудрявая, — друзья для этого и нужны, разве нет? Я бы тоже не отказалась от душа.
— И я, — поддержала Ирмис, — слушайте, сейчас быстренько сбегаю за бельём и приду, идите пока без меня.
Рыжая помогла мне собрать чистые вещи и туалетные принадлежности и отвела в душевую. К счастью, кроме нас в такой поздний час там больше никого не было. Как я и ожидала, вода сняла лишнее напряжение, значительно улучшив самочувствие. В голове постепенно прояснялось, и я даже смогла стоять, не опираясь на стену.
В душевых царил такой полумрак, будто мы находились в подземельях, а не в высокой башне. Хотя, судя по сплетням, некоторым этот полумрак навевал романтические настроения, чем люди с успехом пользовались, не обращая внимания на то, что душевые для мальчиков и девочек вообще-то раздельные. Я дивилась, почему никто не пожаловался на них Верховной жрице, но судя по взглядам девочек, кроме меня до всех этих неженатых парочек не было никому и дела. Тут я вспомнила про Талису. Ния-то точно всё знала.
— Слушай, — я посмотрела на подругу, которая с усердием намыливает непослушные кудряшки, обсуждать чужую личную жизнь было как-то неправильно, и я замялась.
Так и не дождавшись продолжения, она смыла шампунь с головы и облокотилась на перегородку руками.
— Давай уже выкладывай.
— Ну… в общем правда, что у Талисы тут уже гора любовников? И что её даже хотели отчислить, но из-за денег оставили.
Я почувствовала, как загорелись щёки, но сумрак помещения это с успехом скрыл.
— И всего-то? — закатила глаза Ния, — я-то думала проблема у тебя какая… Ну да, правда. Талиса времени зря не теряет, нарабатывает опыт и клиентуру для будущей профессии, — злобно хихикнула соседка.
— Какой профессии? — не поняла я.
— Куртизанки в борделе, — ответила за неё пришедшая Ирмис.
Обе злобно расхохотались, но я только покачала головой. Какой позор для её семьи. Родители такого не заслужили.
— Вообще для неё тут не особо-то и рыбное место, — рассуждала прорицательница, — это ей надо было в Чёрную Башню, там столько мальчиков! И конкуренции мало. Хотя брат говорит, от девушек всё равно отбоя нет, то с нашей Башни, то с лечебницы, то просто городские.
— Падки мы на темных магов, что поделать, — развела руками Ния.
Они обе опять захихикали, заметив моё постное лицо. Ния не удержалась от комментария:
— Знаешь, мне иногда кажется, что ты сбежала из монастыря.
