Джаспер поставил стулья близко друг к другу и разговаривал с Валли тихим голосом, чтобы создать иллюзию приватности, хотя их слова будут услышаны миллионами. Он поставил пепельницу рядом со стулом Валли, чтобы он мог курить, полагая, что сигарета поможет ему почувствовать себя раскованно. Валли зажег сигарету.
— Каким ты был в детстве? — спросил Джаспер с улыбкой, словно они вели непринужденную беседу. — Послушным или озорным?
— Озорным, — сказал Валли и засмеялся.
Они положили хорошее начало.
Валли рассказывал о жизни в Берлине после войны и раннем увлечении музыкой, потом о посещении клуба «Миннезингер», где он занял второе место в конкурсе. Так естественным образом в разговоре появилась Каролин, когда она и Валли в тот вечер пели вместе. Валли воодушевился, рассказывая, как они составили дуэт, как вместе выступали, как подбирали репертуар. С его слов было ясно, как сильно он любил ее, хотя он этого не говорил.
Получался отличный материал, лучше, чем обычное интервью с рок-звездой, но Джасперу этого было еще недостаточно.
— Ты весело проводил время, создавал хорошую музыку и доставлял удовольствие слушателям, — продолжал Джаспер. — Что же не заладилось?
— Мы спели «Если бы у меня был "хаммер"».
— Объясни, почему это оказалось некстати?
— Полиции не понравилось. Отец Каролин испугался, что из-за нас его уволят, и он заставил ее уйти из дома.
— Значит, ты мог играть только на Западе.
— Да, — коротко ответил Валли.
Джаспер отметил про себя, что Валли пытается сдерживать чувства.
Помолчавнемного, Валли добавил:
— Я не хочу много говорить о Каролин у нее из-за меня могут возникнуть неприятности.
— Не думаю, что восточногерманская тайная полиция слушает нашурадиостанцию, — с улыбкой сказал Джаспер.
— И все же…
— Я не дам для эфира ничего рискованного, обещаю.
Это обещание ничего не стоило, но Валли поверил.
— Спасибо, — сказал он.
Джаспер спешил к развязке.
— Наверное, ты бежал только со своей гитарой?
— Да. Это было внезапное решение.
— Ты угнал машину.
— Я был чем-то вроде водителя у нашего главного в группе. Я воспользовался его фургоном.
Джаспер знал, что эта история, наделавшая много шума в немецкой прессе, мало освещалась в Соединенных Штатах.
— Ты подъехал к контрольно-пропускному пункту и…
— …и протаранил деревянный шлагбаум.
— И пограничник стрелял в тебя.
Валли просто кивнул.
Джаспер понизил голос.
— И фургон сбил пограничника.
Валли снова кивнул. Джаспер хотел заорать на него: «Это радио, перестань кивать!» Вместо этого он сказал:
— И…
— Я сбил его насмерть, — выдавил из себя Валли. — Я убил того парня.
— Но он пытался убить тебя.
Валли покачал головой, будто Джаспер не понял сути.
— Он был моего возраста, — проговорил Валли. — Я позже читал о нем в газете. У него была девушка.
— И это важно для тебя…
Валли снова кивнул.
— Почему?
— Он был такой же, как я, ответил Валли, — Только мне нравились гитары, а ему автоматы.
— Но он служил режиму, который лишил тебя свободы в Восточной Германии.
— Мы были мальчиками. Я бежал в силу необходимости. Он стрелял, потому что должен был стрелять. Во всем виновата стена.
Прозвучало такое великолепное высказывание, что Джасперу пришлось подавить свой восторг. В голове он уже писал статью, которую предложит таблоиду «Нью-Йорк пост». Он уже видел заголовок: «Тайные страдания поп-звезды Валли».
Но Джасперу и этого казалось мало.
— Каролин отказалась бежать с тобой.
— Она не пришла в назначенный час. Я не имел представления, почему. Я так расстроился и ничего не мог понять. Так или иначе, я бежал. — Увлеченный воспоминаниями, Валли забыл об осторожности.
Джаспер снова подсказал ему:
— Но ты вернулся за ней.
— Я познакомился с людьми, которые рыли тоннель для перебежчиков. Я должен был знать, почему она не пришла. По тоннелю я вернулся назад, в Восточный Берлин.
— Это было опасно.
— Если бы меня поймали, то да.
— И ты встретился с Каролин. Что потом?
— Она сказала, что беременна.
— И она не захотела бежать с тобой.
— Она боялась за ребенка.
— Алисия.
— Она назвала ее Алиса. В песне я изменил имя. Для рифмы.
— Понятно. И как твои дела сейчас, Валли?
Валли ответил сдавленным голосом:
— Каролин не получила разрешение уехать из Восточной Германии, даже на короткое время в гости. А я не могу вернуться обратно.
— Так значит, вы семья, разделенная Берлинской стеной.
— Да, — вздохнул Валли. — Может быть, я никогда не увижу Алису.
Жуть, подумал Джаспер.
* * *
Дейв Уильямс не виделся с Бип Дьюар с тех пор, как она приезжала в Лондон четыре года назад. Он сгорал от нетерпения встретиться с ней.
Последним местом проведения рок-турне был Сан-Франциско, где жила Бип. Адрес Дьюаров Дейву дала его мать, и он послал им четыре билета с приглашением зйти за кулисы после концерта. Они не имели возможности ответить ему, потому что он каждый день переезжал из одного города в другой, и он не знал, придут ли они.
