И она отключилась, оставив Стаса с сожалениями и воспоминаниями. Не стоило бить ей по больному, вот не стоило… У каждого есть свои грешки и комплексы. Верины заключались в том, что она любила. Нет, не так. ЛЮБИЛА. И пряталась от этого человека, потому что считала, что так нужно.
Стас, наверное, тоже прятался. Скрывал от себя самого, что уже окончательно пропитался Региной, до самых костей. Она стала ему дорога, так сильно, что никакие расстояния не помогали справиться с болью. Вдруг с ней что-нибудь случилось?
Он объездил весь район. Потом соседний. И ещё один, и ещё.
Вера добралась до офиса, вот только отследить мобильный так и не смогла. Или выключен, или без доступа. Или его выбросили где-то там, в последней точке, которой был городской парк. Карусели, развлечения, мороженое… Стас обыскал вокруг него всё, даже за ограду перелез и заплатил штраф за проникновение, когда был пойман охранником. Он сделал всё возможное, чёрт возьми!
А потом, почти в час ночи, когда Вероцкий объезжал уже сотый – тысячный? – квартал, мобильный вдруг пиликнул. Смс. Так поздно ночью точно не о кредите пишут. Внезапно дрожащей рукой Стас подхватил телефон и открыл сообщение.
«Этот абонент доступен для звонка».
Сначала накатила волна дикого облегчения, потом – злости. Пальцы с трудом попадали по экрану. Один гудок, второй, третий…
– Где ты? – практически крикнул Вероцкий, когда гудки сменились щелчком – ему ответили.
– Стас? – послышался заплаканный голос. – Я… я не знаю. Где-то в Новослободском переулке. Я должна была дойти сама, но…
– Стой там! – рявкнул Стас, но его уже не слышали. Вызов был прерван.
Что ж, Новослободский? Не так уж далеко, если превысить дозволенную скорость километров на шестьдесят.
[1] На самом деле прекрасная Лера принадлежит перу Ксюши Левиной и истории «Меня ему завещали», а прогулка… прогулка принадлежит исключительно нам с Ксюшей ;) А теперь еще и Регине с Лерой, как мы и планировали, когда, оказавшись дома после дикой ночной потеряшки, истерично смеялись и обсуждали книги.
Подвыпившая компания, которая докапывалась до наших причёсок, платьев и вообще всего-всего? Не страшно, они же всего-то хотели пофлиртовать, хоть меня потом и трясло от их флирта, как осиновый лист.
Дикие крики откуда-то из парка, словно там заживо кого-то освежевают? Не-ет, пустяки. Не нас же трогают. К тому же, вдруг там кто-то жаркую ночь проводит? А кричит так просто от наслаждения.
Три чёрных кошки подряд, перешедшие нам дорогу с интервалом в пятнадцать минут? Нет-нет, мы не суеверные.
А вот окончательно заплутать было страшно. Мобильный показывал один процент заряда, мы застряли в тупике с вывеской «Новослободский переулок», а где-то за спиной выли собаки. Много собак. И я понятия не имела, как отсюда удастся выбраться, если карта окончательно вырубится.
Новослободский переулок больше напоминал улицу. Он тянулся практически из одного конца города в другой, поэтому за секунду определить, в каком именно его краю мы оказались и сразу же составить примерный маршрут, было невозможно. Один процент – я даже до конца переулка пролистать не успею.
– Кажется, мы в жопе, – пробормотала я, чувствуя, как на глаза набегают слёзы. – Телефон сел.
Лерка сурово зыркнула на меня в темноте, переступила с ноги на ногу и пнула валяющийся по соседству обломок кирпича.
– Не сел ещё, я видела, – хмыкнула она. – Ещё на минуту хватит.
– Но что можно сделать за минуту? – возмутилась я. – Мы даже карту не успеем…
Но многозначительный взгляд тут же заставил заткнуться. О да, карту мы включить не успеем, но…
– Нет, – выдохнула, осознав предложение.
– Звони.
Я хлюпнула носом, опустила голову, уставившись на мобильный в руках. Да, я признала, что нужно расслабиться и отпустить, но если позвоню, не только расслаблюсь, но и признаю поражение. Перед Стасом. Неужели мы не сможем выбраться сами? Просто развернёмся, пойдём обратно, найдём очередную табличку на доме и уже с номером успеем простроить маршрут.
Блин, не успеем! Один процент – слишком мало.
– Ре-ги-на, – по слогам произнесла подруга. – Я тебя люблю, но мы тут застынем. Нас собаки съедят.
Словно в подтверждение её слов раздался гулкий вой, потом шорох лап где-то в темноте. Серьёзно, там псина бегает? Лере-то смешно, а мне жесть как страшно.
– Ладно, – сдалась её напору. – Но запомни меня перед смертью такой, как в начале прогулки.
И я отключила авиарежим, собираясь набрать номер телохранителя, когда только появится сеть. Но не успела. Мелодия звонка с грохотом разлетелась по окрестностям. Я ойкнула, стараясь принять вызов, но первое мгновение никак не могла попасть пальцем по кнопке.
– Да? – голос прозвучал жалко, словно я до этого рыдала здесь часа три.
– Где ты? – раздалось в ответ чертовски злое.
Мне пришлось признаться. Пришлось даже согласиться, что никуда из тупика не денусь, и тут же экран телефона погас. Зарядка села окончательно.
– Ну что? – поинтересовалась Лера.
– Кажется, к нам мчит один из Всадников Апокалипсиса, – невесело отозвалась я.
По крайней мере, судя по голосу, Стас был голов убивать прямо на месте.
