Дядя держал несколько продовольственных магазинчиков и Костя стал ему помогать. Заработав у дяди деньги, он поставил машину в автосервис, чтобы передок машины, после наезда на пешехода, ему привели в порядок. За машиной, как и договорился с хозяином автомастерской, он пришёл через три дня. Костя осмотрел машину и остался доволен ремонтом. Он достал из бумажника оговоренную сумму за ремонт и протянул хозяину. Тот, не пересчитывая, убрал деньги в карман, затем взял Костю под руку и отвёл в сторонку.
– Ты, надеюсь, понимаешь, что я должен был сообщить в милицию о твоей машине, потому что на ней был совершён наезд на пешехода? Это было видно невооружённым глазом. Но я не сообщил.
– Ты хочешь, чтобы я заплатил тебе за молчание?
– А ты, догадливый.
– Сколько ты хочешь?
– Немного, три косых в баксах, я думаю, будет вполне справедливо.
– Сколько!? У меня нет таких денег.
– Сколько есть?
– Нисколько. Но я заработаю и заплачу тебе.
– Когда это ещё будет, мне нужно сейчас. Но ты не парься. Ты можешь иначе со мной рассчитаться.
– Каким образом?
– Поработаешь у меня.
– Что нужно делать?
– Подъезжай сюда сегодня в два часа, мой человек тебе расскажет и покажет.
– Договорились, подъеду.
Костя в два часа дня подъехал к автосервису. Его встретил небольшого роста весёлый крепыш в клетчатой рубашке с коротким рукавом, назвался Валетом и предложил ему пересесть в его джип, сказав, что по дороге всё объяснит.
– Работа у нас не пыльная, – сразу заговорил Валет, как только тронул машину с места. – Сейчас на рынок заедем, заберём у барыг, причитающуюся нам долю, вернёмся назад и на этом всё. Ты стой рядом и не вмешивайся в процесс. Система работает давно и редко даёт сбои. Понял?
– Понял, чего здесь не понять.
– Ништяк, – сказал Валет и выбросил окурок сигареты, в открытое окно машины.
– Стёпа, Стёпа, – услышал Колычев сердитый голос Пелагеи, – вставай же ты, наконец, яичница остынет. Что за наказание такое, то не спит, колобродит всю ночь, то не добудиться. – Степан открыл глаза. С кухни, кроме ворчания Пелагеи, доносился запах жаренного сала. Он резко поднялся с кровати. По привычке, посмотрел в окно и насторожился. Заняв добрую половину крохотного дворика, напротив окошек стоял огромный чёрный джип. Степан потянулся, стряхнул сонную одурь и вышел на кухню. Аккуратно, стараясь не разбрызгивать по сторонам воду, ополоснул из рукомойника лицо, промокнул капельки воды полотенцем, которое ему подала Пелагея и только потом сел за стол.
– Кума, что ли в гости к тебе прикатила на этой машине?
– Что ты, бог с тобою, Стёпа. Кума моя, одуванчик божий, а не богатырь былинный, чтобы на таких машинах разъезжать. Бездельники городские прикатили рыбу удить. Попросили за машиной приглядеть, дали тысячу. Мне её теперь на месяц хватит. – Копошась около кухонного стола, ответила Пелагея.
– Пойду к соседке за солью схожу, – и она, шаркая по полу старыми тапками, вышла в сени. Степан съел яичницу, выпил кружку парного молока. Довольный завтраком, встал из-за стола и вышел во двор. Подошёл к джипу. Со стороны водителя взялся за ручку дверцы. Дверца легко поддалась и открылась. Степан заглянул внутрь, но почувствовал, что кто-то стоит у него за спиной. Он повернулся. Рядом с ним полукругом стояли, не понятно откуда взявшиеся, три молодых, коротко стриженных, здоровых мужика в одежде из камуфляжной ткани и, приветливо улыбаясь, смотрели на его.
– Что, интересно? – Спросил тот, который стоял слева от него. Кожа на лице у него была в царапинах.
– Никогда не видел такой агрегат, – прикидываясь, наивным деревенским парнем, ответил Степан.
– Да ладно тебе, не скромничай. В автосервисе у Бегемота ты, и не такие разбирал, Филин, – поправил его тот, который стоял по правую руку от него. Степан непроизвольно сжался, будто приготовился к прыжку.
– Даже и не думай, – продолжая приветливо улыбаться, предупредил его третий, который стоял в центре.
– Вы, кто? – прохрипел Степан.
– Это не важно. Сейчас главное, чтобы ты был послушным мальчиком. Понял, Филин?
– Да. – И Степан, в подтверждение своей лояльности, вытянул вперёд обе руки для того, чтобы на них одели наручники.
