Грация и фурия полностью

Вскоре со всех женщин сняли оковы, и Ричи приказал им:

– Раздеться, положить одежду перед собой. Нижнее белье снять тоже.

Серина дрожащими пальцами расстегнула униформу служанки, основательно помявшуюся за ту ночь, что она провела в крошечной камере в ожидании судна, которое доставило ее сюда. Вся ее одежда оказалась на полу.

Никогда прежде Серине не приходилось представать обнаженной перед мужчиной, а тем более, мужчинами. Она ежилась, тело ее казалось уязвимым, незащищенным.

Вдоль выстроенных в ряд женщин пробежал узколицый охранник и собрал всю их одежду. Теперь за дело взялся Командор Ричи – он принялся осматривать каждую заключенную. Серина понятия не имела, что он ищет. Когда очередь дошла до нее, Командор Ричи велел ей открыть рот, поднять руки и повернуться.

Она хотела бы исполнить приказ, но под его пристальным взглядом не смогла пошевельнуться. Он схватил Серину за руку и дернул на себя.

– Ты что, глухая? Открой рот, подними руки и повернись.

Серина собралась с духом и кое-как выполнила то, что было велено, но сдержать слезы все же оказалась не в силах.

Сейчас вокруг плакали почти все женщины. Серина обратила внимание, что девушка, посмевшая перечить охранникам на судне, стоит всего лишь в нескольких футах от нее. Она была на пару лет старше Серины, и тело ее, похоже, состояло лишь из кожи, костей да мышц. Девушка возмущенно сверкала черными глазами на охранников, и Серина предположила, что сейчас ее накажут – за вызов во взгляде или за то, что она совершила на судне, но охранникам не было до нее никакого дела. Узколицый стражник, пройдя вдоль ряда, вручил каждой женщине колючее полотенце и одежду. Серина немедленно натянула на себя выцветшие голубые трусики и потертую майку. Чтобы одеться полностью, много времени не понадобилось: не было здесь ни корсета, ни бесчисленных пуговиц, ни длиннющих лент или высоченных каблуков.

– Я буду называть ваши имена, и вы будете по очереди проходить предварительный осмотр. – Голос Командора Ричи звучал совершенно равнодушно, но в глазах его было что-то, из чего следовало, что за каждой он внимательно наблюдает. – Аника Атцо.

Вперед вышла мускулистая девушка и направилась к весам. Короткое хлесткое имя идеально подходило ей.

Очередь на взвешивание и измерение роста дошла до Серины, и охранник, взглянув на шкалу весов, присвистнул.

– Да ты, детка, попала прямиком по адресу. Здесь ты непременно похудеешь.

Скрестив на груди руки, Серина уставилась в пол. Ее мать проделала немалую работу, чтобы дочь стала округлой, соблазнительной, пышнотелой, как и положено Грации. Даже порции Рензо и отца за обедом обычно были меньше, чем у Серины. Охранник, стоящий у весов, толкнул другого локтем.

– Давай поспорим на то, как долго она продержится. Держу пари на мешочек риса, что, скажем, за…

– Я не делаю ставок на мертвых девочек, – перебил его молодой охранник – загорелый, с ясным взором и темными кудрявыми волосами, которые, казалось, так и норовили выскочить из-под его шляпы. – Отправь ее в Пещеру, – добавил он. – То-то потеха будет.

– Не в Отель? – изумился первый.

Молодой пожал плечами. Серина понятия не имела, о чем они говорят, но ее все больше охватывало чувство страха.

Охранник, что заведовал весами, взглянул на бумаги и махнул Серине рукой:

– Тебе в Пещеру.

Когда Серина с другими женщинами выходила из комнаты осмотра, молодой охранник почти нежно пробормотал:

– Добро пожаловать на Гибельную Гору, Мертвая Девочка.

НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ после того, как забрали Серину, Номи проснулась задолго до восхода солнца. Она лежала в безмолвной темноте и представляла, что она дома, в спальне, которую она делила с сестрой. Их узенькие кровати сдвинуты почти вплотную, платья Серины, которые мать повесила на крючки в углу, поскольку гардероба у них не было, выглядят сейчас танцующими тенями.

Но иллюзия быстро развеялась. Не было в комнате никаких танцующих теней. И Анжелин, спящая на койке у двери, дышала совершенно иначе, чем Серина, и не вертелась с боку на бок, как Серина частенько. И если Номи приснится кошмар или станет холодно, сестра не придет к ней в постель.

Вопросы, где Серина и как ее наказали, давили на Номи тяжким бременем, и это бремя с каждым часом становилось все тяжелее. Номи заворочалась в кровати. Инес велела ей не задавать вопросы и играть по общепринятым правилам, но Номи всегда задавала вопросы и правилам никогда не следовала. Именно благодаря этому она и научилась читать. И именно благодаря этому Наследник положил на нее глаз.

Наследник… Уж кто-кто, а он точно знает, что случилось с Сериной. Следует лишь выбрать подходящую минуту и спросить его. Следует произвести на него впечатление, стать для него желанной…

Номи сглотнула, в ней волной поднималась паника.

Она знала, как этого добиться, но вовсе не была уверена, что такой способ ей подходит. Серина бы сомнений не испытывала, но не Номи. Она росла, будучи уверенной, что станет либо работницей на фабрике, либо служанкой. Выбор не слишком большой и не слишком приятный, но ублажать мужчину…