Почему белорусы произошли от белорусов, а не от древних шумеров? Вопрос для реальных крутышек. Стоит того, чтобы заморочиться и почистить от вековой пыли собственный диплом. Обнаучить, так сказать, проблему. Весь университетский курс прикладной политологии брать не будем. Нам столько не платят. Сделаем ему легоконькую, но обязательную бар-мицву. Всего тройка-другая нужных и душных слов. Инструментов, которыми мы взрежем этого методологического поросёнка. Пойдем от общего к частному. Как полагается среди людей, а не в фейсбучном племени или у твиттерян. Как у человеков, для которых сомнение не грех, а сущностная добродетель. В основу положим 1-й закон материалистической диалектики. Единство и борьба противоположностей. То есть будем не за тех и не за этих. Ведь научной истины взыскуем, а не финансовых плюшек от этихтетов. Далее притянет за многогрешную бороду Карла Маркса и его общественные формации. Научная картина мира – та ещё банка с мохнатыми и жирными пауками. Здесь каждый Фукуяма свою икебану хвалит. Тем не менее марксова модель поступательного развития: феодализм-капитализм и т.д и т.п и ВВП – основа основ. Ее критикуют, ее нахваливают, но «маемо що маемо». Точнее и лучше пока ничего не придумано. Разве что – и это важное допущение. Общественная формация – не приговор. Нет и не может быть жёсткой детерминированности. При самом развитом капитализме кое-где возможен коммунизм, а кое-где рабовладение. Чтобы не заблудиться, обопремся на идейную гегемонию Антонио Грамши. Грамши – непослушный марксист. В классическом марксизме есть безнадёжная экономическая предопределенность. Базис (производственные силы) и надстройка (производственные отношения) – сердцевина общественной формации предполагает горизонтальное идеологическое господство. Тот, кто владеет средствами производства, тот навязывает всем остальным свою идеологию и культуру. Грамши предлагает более дружелюбную концепцию вертикального господства. Идейный консенсус в обществе возникает тогда, когда в него более или менее значимо вовлечены все общественные классы. Капиталистические ценности в той или иной степени разделяют как капиталист так и пролетарий. Тогда культура низкая или высокая становится общим делом. Идеологические и ценностные установки разделяются всем обществом. А это значит, что есть возможности социального лифта внутри и сплошная мобилизация при внешней угрозе.
– Я правильно излагаю, товарищ Сталин?
– Рас-трэлятт славоблуда.
– Само собой. Славоблуда расстрелять. А я продолжу. Про вас тоже будет, отец родной.
Нация, как значимое явление, появляется в индустриальную эпоху. Предыдущая надстройка: мораль и ценности абсолютистских монархий перестали соответствовать базису: развитым капиталистическим отношениям. Чтобы узаконить возникший миропорядок нужна новая идеология. Новая концепция государства вместо привычной феодальной связки монарх-поданные. Неспроста в западной литературе почти всегда нация и государство понятия идентичные. В нашей русской ойкумене все не так однозначно. Трактовок и определений, что же такое нация, больше чем блох на дворовой собаке. Поэтому, чтобы не ломать читательскую психику, только генеральная линия, только хардкор. Вождь врать не будет. Или есть сомнения?
