Гражданин Галактики полностью

Он остановился двумя палубами ниже и вошел в рубку связи. Я за ним войти не осмелился, но дверь осталась открытой. Там уже были Чет Трейверс, горбившийся над аппаратурой, с помощью которой он поддерживал связь с лагерем, и коммодор Фрик, который склонился над ним с выражением страшной тревоги на лице.

Капитан произнес:

— Соедините меня с майором Лукасом.

Коммодор Фрик поднял на него взгляд.

— Мы пытаемся это сделать. Связь прервалась в тот момент, когда он передавал нам список потерь.

Капитан задумчиво пожевал губами. Выглядел он ужасно измученным.

Потом сказал:

— Продолжайте попытки, — и вышел. В коридоре он увидел меня. — Барлетт!

— Да, сэр?

— У тебя есть связь с Землей? Вызывай немедленно.

Я быстро прикинул время по Гринвичу и тут же вызвав Вики; если она дома, она сможет воспользоваться прямой связью с ФППИ, а они соединят ее с членом телепары Сэма Рохаса, тот свяжется с Сэмом, и капитан сможет поговорить с дядей Стивом через четырехступенчатую релейную систему почти так же быстро, как если бы он связался со Стивом прямо по радио.

«Вики! Проснись, Вики! Срочно!»

«Да, дядя Том? Что случилось? Я спала!»

Коммодор Фрик вмешался:

— Не думаю, чтоб из этого что-нибудь вышло, сэр. Сэма Рохаса среди спасшихся нет. Он был в списке сменяющихся; значит, должен был находиться на берегу.

Конечно! Конечно же… Сэм должен был быть на берегу… А я, верно, стоял и смотрел, как его загоняли в воду.

«В чем дело, дядя Том?»

«Подожди, милая, оставайся на связи».

— Тогда соедините меня с кем-нибудь еще! — рявкнул капитан.

— Больше никого не осталось, капитан, — ответил Фрик. — Вот список спасшихся. Рохас был единственным вырод… единственным специальным связистом, которого отпустили на берег.

Капитан взглянул на список и сказал спокойно:

— Отдайте приказ всей команде, кроме вахтенных, собраться немедленно в столовой.

Он круто повернулся и пошел прямо на меня, я отпрыгнул в сторону.

«В чем дело, дядя Том? Ты чем-то обеспокоен?»

Я постарался овладеть своим голосом.

«Ложная тревога, родная. Забудь о ней и постарайся заснуть. Извини».

«Ладно. Но все равно ты чем-то взволнован».

Я опрометью кинулся за капитаном. Голос коммодора Фрика передавал приказ по системе оповещения, пока мы бежали по трапам, но сам Фрик отстал от меня всего лишь на минуту-две и тут же появился в дверях столовой. В считанные минуты мы собрались там все — жалкая горсточка из числа покинувших Землю. Что-то около сорока. Капитан окинул нас взглядом и спросил Каса Уорнера:

— Это все?

— Да, капитан. Если не считать инженерную вахту.

— А я оставил на вахте Трейверса, — добавил Фрик.

— Хорошо. — Капитан повернулся и стал к нам лицом. — Нам нужно идти на помощь спасшимся — туда, на берег. Добровольцы — вперед.

Мы не выступили, мы рванулись, все как один. Мне бы очень хотелось сказать, что ради дяди Стива я рванулся раньше других, но это была бы неправда. Миссис Гейтс держала на руках маленького Гарри, но я ее все равно не опередил.

— Благодарю вас, — сказал капитан сухо. — А теперь пусть женщины уйдут в буфетную, чтобы я мог отобрать нужных мне мужчин.

— Капитан?

— Да, капитан Уркварт?

— Я поведу отряд.

— Ничего подобного, сэр. Его поведу я сам. А вы сейчас же возьмете несколько женщин, спуститесь вниз и отберете то, что нам понадобится.

Вряд ли Уркварт замешкался хоть на секунду. Он ответил:

— Есть, капитан!

— Это закон. Непреложный закон, если присутствует риск. Этот закон применим ко всем нам. На всех постах, где работают двое мужчин, идет более пожилой. В других случаях, если замена невозможна, идет мужчина, если замены нет — мужчина остается. — Он оглядел оставшихся. — Доктор Бэбкок!

— Тут я, шкипер!

Мистер О’Тул попробовал вмешаться.

— Минуту, капитан! Я вдовец и доктор Бэбкок гораздо…

— Заткнитесь!

— Но…

— Черт побери, неужели я должен обсуждать свои решения с каждым из вас? Неужели мне надо вам напоминать, что у нас на счету каждая секунда? Отправляйтесь с женщинами!

Багровый от гнева, О’Тул выполнил приказ. Капитан продолжал:

— Мистер Уорнер. Мистер Роч. Доктор Северин… — Он быстро отобрал всех нужных ему мужчин, а остальным указал на буфетную.

Дядюшка Альфред Макнейл попытался распрямить согнутые плечи.

— Капитан, вы забыли меня. Я самый старый в моем отделе.

Лицо капитана смягчилось разве что на волосок.

— Нет, мистер Макнейл, я не забыл, — спокойно сказал он, — но вместимость вертолета ограничена, а нам ведь придется взять на борт еще семерых. Поэтому я вас и пропустил.