В октябре начался театральный сезон, Галку снова стали занимать в массовых сценах, и встречи с Алексеем стали реже. В один из первых дней октября в перерыве между занятиями она находилась в буфете театра и к ней подошел актер по имени Володя. Он часто оказывал ей знаки внимания, встретив одну в многочисленных театральных коридорчиках, старался обнять и прижаться щекой к ее щеке, неизменно повторяя одно и то же: «У тебя щечки как персики, так бы и съел всю, начиная с них!» При этом задорно смеялся. Ему было лет за пятьдесят, щеки колючие от плохо выбритой щетины, и Галка, не обольщаясь его вниманием, неизменно убегала от него. И вот сейчас в буфете он с заговорщицким видом шепнул ей в самое ухо: «Тут режиссер из столицы приехал, могу составить протекцию. Сейчас подойдет, я тебя с ним познакомлю».
Галка не успела возразить, а режиссер уже стоял рядом. Это был мужчина примерно одних лет с Володей, может старше, высокого роста, лысоватый, с большим орлиным носом и выпученными глазами неопределенного цвета. Уставившись на Галку, он назвал свое имя. «А отчество?» – полюбопытствовала она. «Это не обязательно», – ответил он и, получив сосиски и чашку чая, направился к столику. Воспользовавшись этим, Володя снова зашептал: «Знаменитый режиссер, соглашайся на встречу с ним, не пожалеешь. Сейчас организую. Пошли к нему за стол». Усадив Галку, Володя предложил режиссеру: «Можем вечером встретиться, Галочка желает сходить в ресторан». Заезжая знаменитость, разглядывая Галку, произнес: «Да. Я с удовольствием приглашаю Вас в ресторан».
«Только не в ресторан!» – подумала Галка. Но, понимая, что Володя замыслил переезд в Москву с ее помощью, решила ему помочь.
– Мы можем встретиться на квартире моей подруги, Татьяны. Вы ее знаете, Володя. Будет домашняя обстановка, уютная, без лишних глаз.
Мысль Галки была подхвачена, они договорились встретиться вечером. На занятиях Татьяны в этот день не было, и Галка тут же помчалась ей звонить, предполагая, что она не будет против знакомства со столичным режиссером. Улыбчивая, круглолицая Татьяна всегда была душой компании, за словом в карман не лезла. Услышав предложение Галки, она с удовольствием его приняла в ожидании интересной встречи с гигантом от искусства.
За полчаса до прибытия гостей Галка была у Татьяны. Раздался звонок в дверь.
– Это наверняка они!
– Больше сегодня некому, сейчас оценим столичного режиссера.
Мужчины с шумом ввалились в прихожую. Раздеваясь, Володя весело представил Татьяне своего спутника, тот галантно склонился к ее руке с поцелуем. Все прошли на кухню и заняли места за большим столом. Пили вино, принесенное мужчинами, и слушали нескончаемые рассказы режиссера о столице, знаменитых актерах, спектаклях. Галка заворожённо смотрела режиссеру в рот, забыв о его непривлекательной внешности. С каждым новым рассказом и персонажем он преображался, разыгрывая маленькие спектакли, ярко изображая различных героев. «Да, вот это действительно талант», – мысленно восхищалась Галка и проникалась к этому человеку глубоким уважением. Потом они танцевали, режиссер играл на рояле и пел песни. Как-то незаметно Галка осталась с ним наедине, и тут все ее восхищение рухнуло, едва он недолго думая полез к ней под юбку, задыхаясь от желания. Он стал ей противен. Оторвав от себя его руки, со словами «Оставьте меня в покое», она направилась к двери. «Не уходи! – виновато произнес он ей вслед. – Посиди со мной. Обещаю, не буду до тебя дотрагиваться»
Галка оглянулась и увидела протянутую к ней руку, приглашавшую сесть рядом. «Хочешь получить роль в моем спектакле?» – спросил он. Такое предложение застало ее врасплох. Направляясь на эту встречу, она знала, что приезжий режиссер будет на сцене их театра ставить старый классический спектакль, к тому же музыкальный, роли в нем все давно были распределены между артистами театра, вплоть до роли со словами: «Кушать подано». И вдруг это предложение от солидного человека. Он что, издевается над ней, решил пошутить с девушкой?!
Вслух произнесла: «О какой роли вы говорите?» И режиссер вошел в азарт, рассказывая о своем замысле. Он рисовал сцену в спектакле, которую создаст только для нее, сцена получалась красочной, но, даже по мнению Галки, никак не вписывалась в спектакль, который он собирался ставить. Эту пьесу Галка видела много раз, ее неоднократно прогоняли на их сцене, но только под руководством другого режиссера. Прервав фантазии столичного режиссера, она высказала по этому поводу свое мнение.
