Переговоры закончились диковинным гибридом — «ни мира, ни войны». «Мы распускаем армию, но мирный договор не подписываем», — объявила большевистская делегация. В этом, конечно, был свой политико-пропагандный расчeт: солдатская масса, получив демобилизацию от новой власти, должна была сильно качнуться в еe сторону. Многие члены большевистского Политбюро также возлагали преувеличенные надежды на наступление мировой революции. Эти надежды подогревались большой стачкой в Австрии, усилением коммунистических движений в Финляндии, Венгрии, Баварии.
С другой стороны, государства Антанты, возмущенные выходом России из войны, начали отправку экспедиционных корпусов для свержения большевистского режима. В марте 1918 англичане высадились в Мурманске, в июне — в Архангельске, в апреле японские корабли вошли в гавань Владивостока, позднее французы оккупировали Одессу.[30] Одновременно из Сибири наступал легион, составленный из военнопленных чехов, который поддержал альтернативное правительство правых эсеров, обосновавшееся в Самаре. Создание Красной армии делалось срочно необходимым.
Ленин поручил эту задачу Льву Троцкому, и тот показал себя великолепным организатором. В середине лета 1918 года военные силы большевиков были ничтожны. Они могли рассчитывать на пять тысяч штыков в Петрограде и столько же в Москве, ставшей к тому времени столицей. Когда в июле вспыхнуло восстание левых эсеров, его удалось подавить лишь с помощью батальона латышских стрелков и нескольких рот венгерских революционеров, возглавляемых Белой Куном. Но из Сибири надвигались соединeнные силы чехов и Колчака, в конце лета они взяли Казань. Для отражения этой угрозы было необходимо возобновить мобилизацию.
Ключевым оказался вопрос: где взять командиров? Троцкий настаивал на том, чтобы привлекать бывших офицеров царской армии. Ему возражали Зиновьев и другие члены ЦК, включая Сталина. «Всегда будет угроза, что офицерьe для вида согласится, а при всяком удобном случае станет перебегать к врагу», — говорили они. Чтобы парировать эти возражения, Троцкий предложил проводить регистрацию членов семей мобилизованных офицеров. «Пусть знают, что в случае измены их родные будут сурово наказаны!»[31]
Для усиления контроля за командным составом Красной армии в каждое подразделение назначался комиссар из проверенных большевиков. Это двуначалие было чревато многочисленными конфликтами. Комиссар и командир могли по-разному оценивать военную ситуацию и настаивать на прямо противоположных тактических решениях. Тем не менее дисциплина в Красной армии заметно укреплялась, и осенью 1918 года Троцкий и Каменев могли докладывать о первых победах: наступление Колчака и чехов было остановлено, Казань отбита.[32]
Революция разрушила нормальную работу всех хозяйственных институтов в стране. Снабжение Красной армии и городского населения продовольствием осуществлялось путeм откровенного грабежа сельчан. В деревни рассылались вооружeнные продотряды, которые конфисковывали зерно, овощи, птицу, скот. Озлобленные крестьяне прятали свои запасы или убегали в партизанские отряды и в контрреволюционные формирования.
В 1919 году антибольшевистские армии набирали силу в виде трeх главных группировок, разделeнных тысячами километров и не имевших возможности эффективно координировать свои действия. Весной Колчак возобновил наступление с востока, из Сибири. Летом армия Деникина успешно продвигалась с юга на Москву. Осенью корпус под командованием генерала Юденича, наступавший с запада, почти достиг Петрограда. В какой-то момент положение большевиков казалось безнадeжным. Некоторые историки считают, что главным спасительным канатом для них явилась их политика и пропаганда в национальном вопросе.
Для малых народов бывшей Российской империи большевики с их интернационализмом олицетворяли надежду на изменение статуса зависимости и второсортности. Колчак в Сибири и Приуралье мог находить опору только в русском населении. Для татар, мордвинов, чувашей, башкир, удмуртов, калмыков он олицетворял возврат к доминированию великороссов. Деникин, наступая с юга на Москву, должен был постоянно отвлекать большие контингенты своей армии для отражения атак с запада, со стороны украинских националистов Петлюры и анархистов батьки Махно. Тыловой базой для войск Юденича служили Эстония и Латвия, которые видели в разгроме большевиков конец своим мечтам о независимости и не хотели поддерживать наступление белых на Петроград.
