Рома предложил тестям отправиться на Новый год и долгие праздники к нему в поместье. Соблазнял тишиной, девственным снегом, прогулками на снегоходе, а тестя — охотой на изюбря и кабана. Честно говоря, он рассчитывал на согласие Савиных, и уже все приготовил для приема важных гостей.
Стариков не прогадал. Федор Савиных велел жене собираться. Вертолет доставил их в поместье аккурат в обед 31 декабря. Роман с удовлетворением отметил, что его деревянные хоромы вдали от цивилизации произвели впечатление на тестя, который обошел территорию, отметил ее выгодное расположение возле реки, большую территорию и основательность всех построек.
Дядя Миша к их приезду украсил светящимися гирляндами снаружи чуть не весь дом — крыльцо, окна, беседки. В быстро темнеющем воздухе иллюминация смотрелась изумительно и даже сказочно. Внутри избы в столовой посредине большого стола стояла маленькая искусственная серебристая елочка. А настоящих елок и на улице хватает — пояснил старый эвенк.
Мать и дочь Савиных занялись столом — раскладывали привезенные деликатесы, которые заранее приготовил их семейный повар. Дядя Миша вытащил из духовки запеченную изюбрятину. На стол поставил свежий хлеб, брусничный морс.
Так, за богатым столом впятером и встретили Новый год. Тихо, степенно, по семейному. Роман включил спутниковое телевидение, они успели поймать выступление Президента и пошли во двор — Роман привез громадную батарею салютов, которая стреляла минут 20 со свистом и громом, распускаясь в небе красочными яркими огненными цветами.
Они с Милой стояли на крыльце, крепко обнявшись, и глядели в небо, играющее огнями. Мила загадала, чтобы у них родился здоровенький сыночек. Про себя решила — если мальчик будет здоров, она больше не притронется к сигаретам. Подумала про себя, что это малая плата за здоровье ее ребенка. И придумала еще одну клятву — тогда она вскоре решится родить второго. Пусть у ее сыночка будет братик или сестричка, чтоб не как она — одна в семье.
Роман размышлял о том, как неожиданно перевернулась его жизнь. Азартное зарабатывание денег, которое давало власть и возможность покупать наслаждения, теперь нужно для другого — для его семьи. Теперь рядом с ним женщина, за которую он в ответе. Скоро будет сын. А там, глядишь, еще дети. Он наклонился и нежно поцеловал Милу.
— Замерзла? Пойдем в дом.
Мила не могла долго сидеть в родителями, отправилась в спальню, "царство Морфея" манило ее. Роман извинился перед тестями, отправился в спальню вместе с женой.
Укладывая свою милую женушку, Рома насмешил ее — он лег лицом к животу и серьезным тоном попросил прощения у своего сына за небольшое беспокойство, так как собирался заняться сексом с его матерью.
Он любил ее сегодня нежно и пылко, целуя каждый сантиметр соблазнительного тела Милы. Она таяла и стонала о переизбытка чувств, испытывая в эти минуты непреодолимое желание прокричать Роману, как она его безумно любит. С трудом сдерживала этот порыв.
После акта страстной любви Мила быстро уснула и видела во сне темноволосого мальчика, похожего на Романа. Ему было года три, она обнимала его и называла Валентином. А он смеялся и хлопал пухлыми ладошками.
Роман смотрел на лицо спящей молодой жены и видел, как она мягко улыбалась во сне.
— Мама, ну зачем вы со своим Терентием расписываетесь? Не пойму, уж в вашем-то возрасте можно было б и гражданским браком обойтись! — раздраженно бухтел Максим Ярцев.
— Па, бабуля строго против сожительства, ты что, не знал? — Олеся возле зеркала поправляла прическу и посмеивалась. Отец почему-то был недоволен тем, что его мать "на старости лет" решила выйти замуж.
Виновница разговора сидела молча в центре комнаты, пока парикмахерша заливала лаком ее укладку.
— Когда, сыночек дорогой, тебе будет за 60, я посмотрю на тебя, будешь ли ты считать это каким-то не таким возрастом! — она критически осмотрела себя в зеркало и осталась довольна. — Надеюсь, я к тому времени еще буду жива. Мне еще минимум 20 лет коптить небо, и будет неплохо, чтобы я это делала со спутником, а не в одиночестве. Так что браку быть! И не бухти на мать! — Статная и совсем нестарая женщина встала и направилась из комнаты, внучка и недовольный сын отправились за ней.
На крыльце дома их ждал взволнованный сосед бабули по даче, а ныне жених — Терентий Николаевич. Он был при полном параде — серый костюм, белая рубашка, приглушенно-синий галстук в крапинку. Седые волосы аккуратно пострижены, в руках — букет цветов.
— Так, все едем в ЗАГС, — сын невесты посмотрел на часы, — а то опоздаем. А где твой парень? Обещал же приехать? — Ярцев повернулся к дочке.
— Вова уже подъезжает, если что, прямо к ЗАГСу прибудет. — Олеся была спокойна и весела.
— Да ладно, не торопи парня, все же с рассветом из дома выехал, поди, не выспался, не надо, чтоб гнал, — бабуля махнула рукой, — успеет на банкет, а это самое главное.
— "Скромная свадьба, скромная свадьба", а тридцать человек набралось, — продолжал ворчать Ярцев, усаживаясь в свою "Тойоту".