— Вова, но ведь они уже больше года живут гражданским браком, бок о бок. Как самые близкие люди. Света не дышала на него, да и Виктор так о ней заботился, баловал. Неужели он малодушно сбежит? — она сжала пальцы и горестно посмотрела на парня.
Вова промолчал, потому что у него на душе тоже было неприятно от всей этой истории. Как можно уехать от любимой девушке, которая в беде? Да еще попала в эту беду по твоей вине? Для Царёва это было непостижимо.
***
— Олеся, я не могу ей сказать правду, сама ей расскажи, — со слезами на глазах говорила девушке Татьяна Васильевна, мама Светы. — Она как пришла в сознание, все твердит, где Витя, где Витя. Не могу! — женщина замотала головой, вытирая платком слезы.
Олеся вздохнула, а ее сердце горестно сжалось. Родители Виктора отправили его в Чехию, для всех — на реабилитацию на тамошние воды. Но только Витя не пострадал серьезно в аварии, и всем было прекрасно известно, что его просто спрятали от уголовного дела.
Олеся не могла понять, как он мог уехать, даже не заглянув в палату к Светлане. И уже тем более, не стал сопротивляться развязанной Пасечниковыми-старшими кампании по перекладыванию на Свету вины за аварию.
Она глубоко вздохнула и вошла в палату. Подруга повернула голову с надеждой, но ее взгляд тут же немного притух — видимо, все еще ждет Виктора, а не друзей. Света сильно исхудала, на лице остались одни глаза. Тонкие руки лежали на одеяле, в правую была воткнула капельница.
Девушка наклонилась, коснулась губами щеки однокурсницы. Света не дала ничего сказать. а сразу начала:
— Олеся, скажи мне правду, все мне врут, молчат, я же вижу, что что-то утаивают. Что с Витей?! Он жив?!
— Светочка, что ты, родная, конечно, жив. Он не сильно пострадал. Не лежал в коме как ты, у него только перелом руки и ушибы.
— Тогда почему он не приходит ко мне? Или его не пускают? Но ведь вас с Царевым пропускают! — девушка нервно сжимала руками пододеяльник, ее щеки пылали.
— Светочка, успокойся, С Витей и правда все хорошо. Он просто уехал… — голос Олеси оборвался, она не знала, как продолжить.
— Как уехал? Куда? — глаза Светы распахнулись еще сильнее. Она не могла осознать услышанное.
— Родители отправили его на реабилитацию за границу, в Чехию. — У Олеси сердце обливалось кровью сообщать подружке такие вести.
— В Чехию?.. Как в Чехию?… — Света смотрела на сидящую рядом девушку беспомощным взглядом.
— Ну, еще они бояться, что его могут посадить за аварию, и, видимо, поэтому поспешили его отправить, — Олеся отвела тоскливый взгляд к окну.
— А… где мой телефон? Олесечка, подай, пожалуйста. — Света дернулась в сторону тумбочки, и подруга поспешила подать ей телефон.
— Света, осторожнее, у тебя же капельница, — она с тревогой наблюдала, как Света левой рукой манипулировала гаджетом и бормотала "нет пропущенных… нет. почему нет."
У Олеси жгло в груди от боли, когда она смотрела, как Света набирала Виктора, а абонент был вне доступа. Девушка обессиленно опустила телефон на одеяло и лежала, тяжело дыша и глядя в потолок.
Зашла медсестра, проверила капельницу. которая уже почти закончилась и стала отцеплять ее от иссохшей руки пациентки.
Когда женщина вышла из палаты, Света всхлипнула.
— Почему он не зашел? Я так боялась за него. Мне такие ужасы снились. Почему он не зашел, Олесь? — по щекам подруги текли слезы. — Почему он не зашел? — все повторяла и повторяла она. А потом закричала больным криком, будто ее душу резали ножом.
Олеся бросилась к кровати.
— Светочка, миленькая моя, — она гладила подругу по волосам, прижимала мечущуюся по подушке умирающую от предательства девушку.
Потом выбежала в коридор позвать медсестру:
— Девушке плохо, сюда!
На ее крик прибежала Татьяна Васильевна и врач, с которым мать Светы разговаривала в коридоре. Потому появилась медсестра и вколола рыдающей пациентке успокоительное и снотворное.
Глава 44
Вова Царев и Олеся Ярцева сидели в кафе недалеко от областной больницы. Олеся рассказала однокурснику про то, что случилось сегодня со Светой. Она сама чуть не плакала, так было больно и страшно за подругу.
Володя был хмур и молчал. Потом выдавил сквозь зубы:
— И еще эта семейка обвиняет Свету в аварии. Ей еще и это предстоит узнать. Твари. — он сжал кулаки. лежащие на столе.
— Они уже к родителям подъезжали, обещали Свете полную реабилитацию за свой счет, — добавила девушка.
— Они итак обязаны ей оплатить полное лечение и выплатить компенсацию! — Царёв чуть не стукнул кулаком по столу, но вовремя спохватился.
Они помолчали. Олеся смотрела в окно и думала невеселые думы. Сегодня она всерьез испугалась за душевное здоровье подруги. А Царёв смотрел на нее и размышлял, можно ли спросить сейчас то, что его давно мучило. И все-таки не решился, промолчал.
***
Мила стояла в комнате возле зеркала и рассматривала свою фигуру. Грудь налилась так, что не скрыть. Но она умудрялась дома ходить в просторных футболках или платьях, скрывающих фигуру. Специально такие купила в последнюю вылазку по магазинам. На улицу одевала шерстяное пончо новую просторную куртку.
