А наутро в холле увидел Олесю. Одну. И она увидела его и махнула рукой. Вову не надо было долго звать. Девушка протянула однокурснику свою куртку:
— Сдашь в гардероб? А то такая очередина. А я тебя в аудитории подожду. У нас сейчас семинар в 313-й — и его фея ушла под бешеный стук Вовиного сердца.
***
— А ты знаешь, я к Царёву даже как-то привыкла, — Олеся расчесывала волосы перед зеркалом, — страшненький, но добрый, простой парень, без понтов, и неглупый — по предметам волокёт, — она забрала волосы в высокий хвост и повернулась к Светлане.
— Хм. Передумала цеплять мажора в будущие мужья? — ехидно спросила подруга.
— Нет, не передумала, но на Панове свет клином не сошелся, — Олеся поджала губы.
Панов ее выбешивал. Демонстративно не обращал на нее внимания, рассердился за то, что не давалась ему. Ну и хрен с ним! Цаца какая. Что теперь, всем, кому Олеся понравилась, она должна уступать и позволять всякие вольности?!
— Ну да, видела я, как к тебе с третьего курса парни подкатывали, когда мы расписание смотрели. Ты дала ему телефон?
— Кому?
— Ну этому, эффектному блондину?
Олеся самодовольно улыбнулась:
— Нет, пусть постарается, если я ему понравилась, и еще раз попросит. Нашу группу же они знают.
— Ну, Ярцева, у тебя везде интриги и стратегия! А ко мне Виктор подошел, и я все, сразу телефон дала и согласилась пойти с ним на свидание. Он мне так тогда на вечеринке понравился! А я и не знала, что он тоже в нашем политехе учится, только на другом факультете, — теперь уже Света торчала возле зеркала в их комнате и красила ресницы, готовясь к первой паре.
— Свет, будь осторожна. Он тоже из мажорной тусовки, а они — эти парни — привыкли, что девчонки доступные, с ними чуть ли не за поход в кафе готовы спать.
— Ты что, у меня вообще этого еще не было. Ну, ты понимаешь, — Света аж прервала процесс покраски ресниц и наведения стрелок, и повернулась к однокурснице, сверкая одним накрашенным глазом.
— Тем более, еще и сделаешь какую-нибудь глупость из любопытства. Главное, пойми, на словах они все герои и рыцари. а на деле, как сказал мой папа, думать рядом с девушкой молодые парни могут только нижней головкой.
Света фыркнула.
— Что хмыкаешь? Это правда. Они рядом с нами находятся в невменяемом состоянии, и потому говорят то, о чем после забудут напрочь. Как в анекдоте: "Ты ж на мне жениться обещал! Мало ли что я на тебе обещал", — Олеся уже собралась и нетерпеливо поглядывала на подругу.
Света хихикнула:
— Учту!
Глава 7
Толик Панов рвал и метал. Он пытался выбросить Олесю из своей головы, но не получалось. Вновь стали зажигать с Милкой, шлялись с ней по клубам, ночевали то у Толика, то у Милки.
При этом "боевая подруга" подливала масла в огонь — она расспрашивала о Царёве, потому что россказни Толика о том, что Царёв — наследник золотопромышленника, приняла всерьез. И вслух рассуждала, как бы ей подкатить с однокурснику Панова. И что такой муж — это находка, главное, чтоб денег давал, и пусть на своем прииске пропадает.
А этот Вова-придурок и так достал. Опять терся возле Ярцевой. Прямо на цырлах перед ней скакал. И девки перестали его дразнить, а вполне дружелюбно с ним общались, прям неразлучная троица: Вовка, Светка и Олеся!
Тут намедни Панов демонстративно в холле вуза зажал девчонку со второго курса, такая цыпочка аппетитная, и главное, глупая. Когда мимо проходила Олеся, он присосался к губам девчонки. Но однокурсница даже бровью не повела, прошла мимо, будто все это ее не касается.
И теперь Толя не знал, правильно он делал, пытаясь вызвать ревность Олеси, или нет. Глупышка там уже чуть ли не в холле была готова отдаться, задышала и глазками захлопала. А у Толи весь запал пропал. Черт-Черт-Черт! Не, надо было выбить весь этот вздор из головы. Поэтому в тот же вечер он с второкурсницей даже без прелюдии в кафе или клубе недурно провел вечерок в своей хате. Только вот закрывал глаза в постели и в самые острые моменты представлял другую… Морок какой-то.
***
Вова купил девчонкам комплексные обеды и еще задарил по шоколадке. Когда они хотели отдать деньги за обед, он очередной раз махнул рукой — не возьму. Света спросила:
— Вов, ты ж бедный студент. А уже который раз платишь за наши обеды. Мы не против, конечно, но боимся, как бы ты из-за широких жестов не остался потом сам голодным.
Вова заулыбался. Он уже гораздо смелее себя вел с однокурсницами, и даже иногда разговаривал.
— Не буду голодать, у меня денег нормально.
Олеся приподняла бровь:
— Подрабатываешь где-то?
— Неа, Батя запретил работать, пока в институте, говорит, чтоб нормально учился, не отвлекался. Денег шлет. Да и у меня свои есть, каждые каникулы у бати на лесопилке работал и никуда не тратил.
— Вау, какая приятная неожиданность, ты богатенький Буратино! — заулыбалась Светлана.
— Тогда мы можем за тебя не переживать, и даже, раскрутить на кафешку или кино? — подмигнула Олеся.
— Если хотите, пойдемте. — Вова не верил своему счастью. — В кино сегодня вечером.
— Ну вы идите, а я там буду лишняя, — лукаво улыбнулась Света.
