Имелась, однако, у образа Орфея и оборотная сторона: не все принимали его всерьез. Комическая оперетта Жака Оффенбаха Orphée aux enfers («Орфей в аду») впервые была поставлена в Париже в 1858 году, после чего в 1874 году была значительно переработана – и с тех пор ее играли бесчисленное количество раз. В сцене, действие которой разворачивается в деревне близ Фив, брак Эвридики и Орфея оказывается под ударом. У Орфея, учителя игре на скрипке, – интрижка с пастушкой, в то время как Эвридика влюблена в своего соседа, пастуха Аристея (который в действительности является переодетым Плутоном / Аидом). Хуже всего то, что Эвридика не выносит музыки Орфея: «Скрипка твоя – невыносимая скука, равно как и стихи». Сюжет закручивается, когда выясняется, что Орфей с Плутоном задумали убить Эвридику, чтобы бог смерти мог обладать ею безраздельно. Эвридика, как полагается, умирает от укуса змеи и спускается aux enfers[464], [465], где воссоединяется со своим царственным возлюбленным. К несчастью для Орфея, персонаж, называемый L’Opinion publique[466], принуждает его попытаться вернуть жену. Сначала Орфей отправляется на Олимп, где играет отрывок из “Che faro senza Euridice?” Глюка, чтобы завоевать расположение богов. Затем действие переносится в подземный мир: там Плутон, уже не пылкий любовник, держит Эвридику запертой дома; правда, ею теперь увлечен Юпитер. Все боги спускаются к Аиду на вечеринку, где гвоздем программы становится «адский галоп» (более известный под названием «канкан»). Оффенбах с упоением использует некоторые знакомые классические мотивы, включая запрет оборачиваться: в его версии Орфей нарушает условие из-за молнии, брошенной Юпитером. Перед финальным занавесом Орфею, Плутону и Юпитеру удается избавиться от Эвридики, ставшей в конце концов вакханкой.
Альбрехт Дюрер. Смерть Орфея. 1494 г.
Hamburger Kunsthalle, Kupferstichkabinett. Photo Bridgeman Images.
В течение longue durée[467] со времен Античности Эвридика редко примеряла на себя столь нелестный образ, какой для нее придумал Оффенбах. Тем не менее, даже когда Эвридику представляют в положительном или идеализированном свете, роль ее практически всегда пассивна: в паре Орфей – Эвридика она выступает «младшим партнером», часто безмолвным. Нередко героиня снова и снова оказывается жертвой: то мужских преследований (в лице Аристея), то мужского контроля (в лице Орфея, а иногда и Аида / Плутона). Порою ее почти буквально раздирают на части эти противоречащие друг другу притязания мужчин. Однако несколько рассказчиков XX и XXI веков (в основном женщины) наконец даровали Эвридике звучный голос. Одной из первых поэтесс, сделавших это, стала H. D. (Хильда Дулитл): в ее «Эвридике» (1917) вернувшаяся в ад жена бранит своего беспечного, эгоистичного мужа:
И несмотря на обстоятельства, в мертвой Эвридике Хильды Дулитл «больше пылкости» и «больше света», чем в живом Орфее.
Около столетия спустя в своей «Эвридике» (1999) Кэрол Энн Даффи продемонстрировала изобретательную, смешную и уничижительную издевку над Орфеем, выраженную голосом его долготерпеливой жены. Что по-настоящему раздражает Эвридику в муже, так это не музыка, а его поэзия – и абсурдно высокое мнение Орфея на ее счет.
