Хотя было заметно, что это была изначальная задумка. Да и радушная хозяйка из нее выходила так себе. Роль эта для нее явно непривычная. Но, с другой стороны, а что мы теряем. Тем более Кими скоро от оргазма стонать начнет, потирая шарик. Надо спасать спутницу, принять целительную баньку… ну, а там посмотрим. Война путь покажет. Тем более что угрожать нам, учитывая ее силу, полагаю, уже вернувшуюся, теперь не особо смогут, надеюсь.
– Хм, а вы почему Радищева, не захотели фамилию отчима принимать? – поинтересовался как бы невзначай.
– Почему же. Говорю, будущий он отчим. Пока не обвенчались они с матушкой. Так что пока это невозможно, – ответила она, улыбнувшись.
В последнее охотно верю, уж больно чувствовалось ее желание примерить на себе эту фамилию. Стало даже интересно посмотреть на такую семью, где привечают, возможно, добровольно, всяких сколопендр.
– А давайте, – лихо согласился в ответ.
На что Кими удивленно на меня взглянула, склонив голову.
– Баня, – загадочно шепнул ей.
А на это она прямо расплылась в улыбке.
За стеной город встретил нас бетоном, сталью и стеклом. Ничего такого особого под моими словами не подразумевалось. В общем-то типичное строительство зданий из упомянутых материалов. Вопрос только в том, что южные стороны зданий – это вертикальные теплицы, а жилые – северные, но дело в том, даже не знаю, как это называется, что эти части делят дома несимметрично, и нигде нет привычных там пропорций. Этажи, в несколько раз выше и создают видимый эффект, будто сооружения ниже, чем есть на самом деле. Не сказать, что они уж так высоки, но для нас кажутся совсем приземистыми. Со временем, безусловно, привыкнем, а пока вот так.
Вообще, в глаза куда больше бросается огромное расстояние между домами, засаженное по факту фруктовыми деревьями, создавая из города огромный сад, разделенный на участки улицами и прорезаемый насквозь пешеходными и велосипедными дорожками, одной из которых мы и воспользовались. Кроме того, наш невольный экскурсовод пояснила, что и сами дома стоят не просто так, а на точно просчитанных местах, чтобы солнца получать максимально много и минимально создавать тень для соседей. Но это следствие встроенных теплиц.
В целом, из-за всего этого он казался каким-то безликим. Все-таки человеческий глаз плохо воспринимает однотипные формы. Оно бы, наверное, и с цветом было бы так же, но деревья спасают своими кронами ситуацию, и воображение дорисовывает вздымающиеся из леса рукотворные скалы. Возможно, немногие так воспринимают этот город, скорее всего глаз уже замылился, и просто перестали обращать внимание на такие детали, но мы здесь впервые. Да, когда ты приехал из горной местности, их отсутствие удивляет и вполне себе радует глаз переменами. А когда из степи, то как раз их наличие становится фактором новизны. Вот и мы сейчас испытывали нечто подобное. Токио явно было иным, с какой стороны ни посмотри, да и вообще горы… а здесь их нет.
– Подождите. Дарья, можно к вам так обращаться? – обратился к нашей провожатой, когда мы подошли к огороженному двору возле дома.
Как оказалось, в дом так просто не попасть, сначала через калитку и там пропускной режим.
– Нет, – резко ответила она.
– Извините, ошибочка вышла. Думал, вы моложе, – отреагировал на это.
– Ты на что это намекаешь?! – неожиданно зло выдала она.
Надо же, мне мнилось, что она будет вежливой и продолжит строить из себя гостеприимную хозяйку. Ан нет, ошибочка вышла.
– Так ты же сама сейчас сказала, что уже старушка, – тоже перешел на «ты».
– Да как ты посмел… – начала она было кричать, взлетая, между делом.
Вот только в этот момент меня опять накрыло, теперь уже как лекаря. По идее, никаких таких трехмерных моделей всевозможных процессов, протекавших в ее теле под бронекостюмом, видеть не должен был. Не тот у меня уровень в таком искусстве. Только вот происходящему было абсолютно начхать на данный факт. И больше всего меня удивило, что ядро в ней было не розовым, а фиолетовым, и взлетала она за счет устройства в костюме, а не сама по себе, но энергия туда шла именно из ядра, что сразу толкнуло на авантюру и совершенно необдуманные действия, а именно: взял и отрезал этот канал. Естественно, она с лязгом и грохотом рухнула на землю, явно не ожидая такой подляны от судьбы и гравитации. А ведь еще Исаак Ньютон заметил, что яблоки, гады такие, так и норовят упасть, и что характерно, вниз и прямо точно в темечко, видимо, чтобы было больнее.
Дальше, эта груда металлолома, с ревом попыталась встать, но есть сильные подозрения, что масса костюма вдруг резко выросла, или его питание и шло тем канальчиком, с которым я поигрался. Но не суть, железяки загремели во второй раз, сложившись наземь все так же, в виде скульптуры авангардиста, то бишь как кидали, так и валяется.
– Иван, ты что с ней сделал? – строго, словно учительница в школе, спросила Кими.
– О, ты уже очнулась? А бог его знает, но если целительское зрение не врет…
– Оно у тебя есть?! – перебила она меня, удивившись.
