– Ты был прав насчет Джека, – спокойно говорит она. Я чувствую, как кровь леденеет в жилах. Я это знал. Я знал, что он конченая мразь. Что он сделал, что она увидела, кто он есть на самом деле?
– Он приставал к тебе? – Я убью его, если это так. Чувствую как начинаю терять свое самообладание и вот-вот взорвусь, я знаю это ощущение, я могу сейчас легко потерять контроль, как раньше, когда был подростком.
Успокойся Грей, тебе не пятнадцать лет, ты долго и упорно работал над тем, чтобы научиться контролировать свою ярость. Мне нужно сначала установить некоторые факты о том, что произошло. Я смотрю на Ану, а она отрицательно качает головой.
– Нет, и не будет, Кристиан. Сегодня я сказала ему, что я твоя девушка, и он отступил. – Почему она в этом так уверена?
– Точно? А то я уволю этого мудака, – грозно рычу я. И мне плевать, что он может подать на меня в суд. Я избавлюсь от этого куска дерьма.
– Ты должен мне позволить выигрывать собственные сражения. Ты ведь не можешь постоянно опекать меня. Это душит, Кристиан. Я никогда не добьюсь ничего в жизни, если ты будешь все время вмешиваться. Мне нужна некоторая свобода. Ведь я не вмешиваюсь в твои дела.
И тут я вспоминаю наш разговор с Флинном. Я должен прислушаться к ее мнению и должен учитывать ее чувства и пожелания.
– Я хочу лишь твоей безопасности, Анастейша. Если с тобой что-нибудь случится, то я… – я никогда себе этого не прощу.
– Знаю и понимаю, почему ты так стремишься защитить меня. И мне отчасти это нравится. Я знаю, что если ты мне понадобишься, то ты будешь рядом со мной, как и я – рядом с тобой. Но если мы хотим надеяться на совместное будущее, то ты должен доверять мне и доверять моим оценкам. Да, я иногда ошибаюсь – делаю что-то неправильно, но я должна учиться.
Она долго смотрела на меня, потом глубоко вздохнула, встала со своего стула, обошла вокруг стола и встала у меня между ног. Взяла мои руки и обвила их вокруг своей талии.
– Ты не должен вмешиваться в мою работу. Это неправильно. Я не хочу, чтобы ты появлялся как светлый рыцарь и спасал ситуацию. Понятно, что ты хочешь держать все под контролем, но не надо этого делать. Все равно это невозможно. Научись терпению. – Ох, поверь мне детка, я определенно темный рыцарь, у меня начинают возникать мысли о том, что я хотел бы сделать с Хайдом. Она подняла руку и начала гладить меня по щеке. От этого нежного контакта, я начинаю чувствовать себя немного спокойней. – Если ты научишься терпению и дашь мне свободу действий, я перееду к тебе, – тихо добавляет она, нежно поглаживая мое лицо и смотря мне прямо в глаза.
– Правда? – прошептал я.
– Да.
– Но ты меня не знаешь. – Потому что, если ты узнаешь… если бы ты узнала всю правду обо мне, поверь мне, ты убежишь. От этой мысли, я почувствовал, как к горлу подкатил тошнотворный комок.
– Я уже неплохо знаю тебя, Кристиан. Теперь я ничего не испугаюсь, что бы ты ни рассказал о себе. – Ты действительно не понимаешь о чем говоришь, моя милая, маленькая девочка. – Вот только если бы ты смог ослабить свой контроль надо мной, – умоляюще заканчивает она. Слова Флинна снова вернулись ко мне. Она явно умная женщина, расскажи ей о своих опасениях по поводу ее безопасности.
– Я стараюсь, Анастейша. Но только я не мог позволить тебе поехать в Нью-Йорк с этим… слизняком. У него нехорошая репутация. Ни одна из его секретарш не задерживается дольше трех месяцев, они уходят из фирмы. Я не хочу, чтобы такое случилось с тобой. – я глубоко вздохнул – Я не хочу, чтобы с тобой вообще что-нибудь случилось. Меня приводит в ужас мысль, что тебя могут обидеть. Я не могу обещать тебе, что не буду вмешиваться, особенно если увижу, что тебе что-то угрожает. – Я должен это сказать вслух, как же это тяжело. Я сделал глубокий вдох. – Я люблю тебя, Анастейша. Я буду делать все, что в моих силах, чтобы защитить тебя. Я не представляю себе жизни без тебя.
Ана смотрит на меня, а потом на ее лице появилась легкая застенчивая улыбка. Ее глаза засветились от невысказанных эмоций.
– Я тоже люблю тебя, Кристиан. – шепчет она. Затем наклоняется и крепко целует меня и наш поцелуй затягивается. Это для нас особенный момент. Я в первый раз ей сказал эти слова. Я. Люблю. Ее.
Но наш прекрасный момент нарушает Тейлор, тактично откашливаясь, чтобы привлечь мое внимание. Одному Богу известно, сколько он там стоял, в ожидании подходящего момента.
– Что? – резко огрызнулся я, зная, что у него должна быть веская причина, чтобы прервать нас.
– Сюда поднимается миссис Линкольн, сэр.
– Что? – Какого хрена Элена сюда приперлась, да еще без предупреждения! Конечно, ей необходимо было прийти именно тогда, когда у нас с Аной все только наладилось. Я еще не осознал того, что мне посчастливилось услышать от нее, что она готова ко мне переехать.
Тейлор пожимает плечами, словно извиняется. Я тяжело вздыхаю и качаю головой.
