Что может сделать война с заучкой-задрочкой. Несколько эпизодов из жизни Гермионы Грейнджер и не только.
========== Эпизод I «28 июля 2003: Девочка-Которая-Выжила» ==========
Утро – это когда ты открываешь глаза…
Ты открываешь глаза… медленно раздвигаешь веки на пару миллиметров и понимаешь, что сегодняшний день будет не самым лучшим в твоей жизни. Полуденное Солнце, бьющее в окно, - слишком яркое. Шум города – слишком громкий. Воздух – слишком резкий, так, что больно легкие. Молодой мужчина рядом – слишком незнакомый. Память о событиях последних суток – слишком пустая. Не слишком ли много «слишком» для одного утра, а, Грейнджер?
Правая рука нырнула под подушку и вытянула наружу волшебную палочку. Это уже настолько стало рефлексом, что сознание включилось только потом. Сначала убиваем – потом разбираемся. Не сводя с незнакомца настороженного взгляда, Грейнджер подобралась, как кошка перед прыжком, но прыгать не стала… просто села на разворошенной постели. Готовность номер полтора.
Почему полтора?
Потому что номер один – это еще и аппарировать. А голой, да еще из собственной квартиры… это почти бесполезно. Все равно придется возвращаться на место… хм… преступления.
Мужчина был относительно молод, но на этом его достоинства заканчивались. Совершенно непримечательная внешность, помятая после вчерашнего… чего? Вот бы еще вспомнить… Видимо, не бывает заурядных мужчин – бывает мало огневиски. Сейчас он спал, слегка приоткрыв рот и удобно устроившись на локте. Ну, ничего. Сейчас мы это легко поправим. Грейнджер мрачно усмехнулась, наставила на незнакомца палочку и прочистила горло.
- Мобиликорпус.
Голос прозвучал неестественно, но волшебству было плевать на такие мелочи. Тело мужчины приподнялось над постелью. Сделав палочкой соответствующее движение, Грейнджер передвинула его на несколько футов в сторону и разрешила:
- Фините Инкантатем.
Для незнакомца утро тоже началось не с самых приятных ощущений. Потеряв способность к левитации, тело рухнуло на пол и издало при этом отчетливый стук костей. Что-то сломалось? Плевать… Зато сразу проснулся. Несколько секунд обалдело хлопал глазами, оглядываясь и морщась. Потом взгляд сфокусировался на Грейнджер, и последовал закономерный вопрос:
- Совсем крыша съехала?
Не сводя с него палочки и не изменяя позы, Грейнджер процедила сквозь зубы:
- Пошел вон.
Судя по реакции, он прекрасно знал, что предмет в руке случайной любовницы не является просто непонятной деталью интерьера и уж совсем не фаллоимитатор. Грейнджер ощутила смутную тень облегчения. На этот раз – не маггл, и, возможно, удастся обойтись без эксцессов с последующим изменением памяти. В прошлый раз… Нет, лучше не думать об этом. Было так стыдно перед бывшими сослуживцами из аврората, а своими силами она справиться не сумела.
Лучше бы вспомнить, откуда она притащила ЭТО чудовище? Впрочем… это было не важно. Совсем даже не важно – кто, откуда и зачем. А важно то, что он очень быстренько похватал свое барахло и испарился, матерясь сквозь зубы. Найти дорогу обратно он не сможет при всем желании. В магическую защиту своего жилища Грейнджер вбухала просто неимоверное количество денег, времени и сил. Тут можно было либо придти вместе с хозяйкой, либо никак… третьего не дано. Очень удобно, когда имеешь привычку с пьяных глаз тащить в дом всякую дрянь.
И пусть скажет «спасибо», что не получил в спину какое-нибудь убойное проклятье. По этому поводу у Грейнджер уже давно не осталось никаких гриффиндорских комплексов.
Избавившись от непрошенного гостя, она занялась собственной персоной. Прежде всего – сползти с кровати… осторожно и медленно… и найти антипохмельное зелье. Сколько раз она обещала себе, что будет держать его где-нибудь поблизости, чтобы только руку протянуть? Наверное, столько же, сколько и то, что не будет больше пить. По крайней мере, что не будет больше пить СТОЛЬКО. Ох…
Вожделенный флакон нашелся на подоконнике среди не одного десятка себе подобных. Надо бы уже разобрать их и сделать надписи, иначе когда-нибудь она ошибется и выпьет… ну, хорошо, если слабительное, а может ведь и яда замахнуть. Вон они, ядовитые радости Смерти. Остались еще с войны. От остальных отличаются только тем, что стоят отдельной группой.
Грейнджер сцапала нужную бутылочку, вынула притертую пробку и сделала маленький глоток. Приятный кисловатый вкус остудил горящее горло. Жидкость стекла по пищеводу и успокоилась в желудке прохладной лужицей. Ноги предательски дрогнули. Грейнджер привалилась к стене, сползла вниз и замерла, прикрыв глаза и уткнувшись лицом в колени. Ужасно хотелось заплакать, но подобной роскоши она старалась себе не позволять. Все равно слезы ничего не изменят. Надо просто немного потерпеть.
Наконец, зелье подействовало, и сразу же наступило улучшение. Скажем спасибо нашему дорогому профессору Снейпу. Хоть он и редкостная сволочь, но преподаватель отменный. Был.
Подчиняясь идиотскому желанию, Грейнджер пробормотала вслух:
- Спасибо, профессор Снейп.
Ей все равно. Ее никто здесь не увидит. Эта квартира в маггловской части Лондона – как нора, в которую она приползает зализывать свои раны. Ее никто здесь не найдет.
