Грейуорен полностью

Кармен легонько поцеловала ее палец.

– Не знала, что ты такая шутница.

Внезапно ей пришло в голову:

– Твой сновидец умер? Тогда почему ты не заснула?

– Провидцы могут бодрствовать и без своих создателей, – ответила Лилиана. – Это и делает нас Провидцами.

– Парцифаль знал? – задумалась Фарух-Лейн. Юный Провидец никогда не упоминал об этом. К тому же он был настолько твердолобым и упрямым, что Кармен с трудом представляла, кому он мог присниться.

– Скорее всего, да, – ответила Лилиана. – Мы сами выбираем такую жизнь. Выбираем дар провидения, чтобы никогда не заснуть.

Фарух-Лейн не удивилась бы, если после слов Лилианы в коридоре хранилища зазвучала бы опера. Этот разговор несомненно мог привлечь внимание призрачного Парцифаля. Однако этого не произошло. Рев и грохот грузовика снаружи вернули ее внимание к насущному вопросу.

– Давай обсудим это подробнее за чашкой чая, когда вернемся домой, – сказала она Лилиане. Удивленная провидица ответила ей широкой неподдельной улыбкой. – Но пока постой в сторонке. Не знаю, что нас ждет за этой дверью.

Она снова взглянула на визитку, затем опустилась на колени на холодный бетонный пол и набрала код на цифровом замке. Негромко пикнув, замок открылся, позволив девушке поднять дверь вверх, словно обычные гаражные ворота. Скрежет эхом разнесся по складу.

Бокс оказался занят. Занят Модераторами.

Локк. Бизнес-консультант, руководитель проектов. Выполнял роль лидера и координатора.

Николенко. Обезвреживание боеприпасов взрывного действия. Завербована для обучения владению оружием.

Рамси. Инвестиционный менеджер по стратегии международных брендов. Привлечен для разработки стратегии программ и богатый опыт в области путешествий.

Васкес. Отставной офицер разведки. Завербован для выслеживания Зетов по их личным данным.

Беллос. Спецназ. Силовая поддержка.

Хеллерман. Психиатрическая медсестра. Привлечена для работы с Провидцами.

Фарух-Лейн рухнула на колени.

Она даже не успела приготовиться к падению; не ожидала, что ноги ее не удержат, пока они не подкосились. Ударившись коленями о бетон, Кармен вытянула руку и уперлась в пол, чтобы не распластаться окончательно.

Ее трясло. Она прерывисто дышала, словно пробежала марафон.

Девушку потрясла сила собственной реакции.

Это были те самые люди, с которыми Фарух-Лейн еще недавно работала. В нескольких ярдах от нее лежал Локк. Именно он завербовал ее когда-то и без устали взывал к ее чувству долга.

Знаешь, кем еще легко манипулировать? – раздался в ее голове голос Натана. – Теми, кто считает, что все делает правильно.

Аккуратно расположенные на бетонном полу Модераторы лежали на спине с вытянутыми вдоль тела руками.

Они спали.

Картина выглядела куда более загадочной, чем заснувший Ронан Линч или заснувший Брайд. Модераторы безжалостно истребляли Зетов и язвительно отзывались о грезах. И кем в итоге они оказались? Грезами в хранилище, спящими, как все остальные сны.

Разум Кармен кричал, что здесь что-то не так.

Что-то не так.

И это что-то здесь.

Наконец она поднялась на ноги и отряхнула колени. Стараясь, чтобы голос звучал как можно спокойнее, она обратилась к Лилиане:

– Извини. Я просто… Просто…

– …ненавижу их, – закончила за нее Лилиана.

Да.

От этой мысли она почувствовала свободу. Она ненавидела их. Ненавидела. Ненавидела. Не слишком сложный вывод, но, безусловно, верный. И, казалось, важный.

– Что будешь делать теперь? – спросила Лилиана.

По крайней мере, на этот вопрос ответ был простым.

– Мы выясним, какой была реальная цель Модераторов, – ответила она.

Для Ронана время протекало странно.

Не существовало ни закатов, ни рассветов, разделяющих дни. Никакого расписания, отмеряющего недели. Пока он пребывал в живительном магните, минуты текли совершенно обычно, но стоило вернуться в темное море, как он переставал понимать, сколько минут прошло между магнитами.

Он не часто перемещался между ними теперь, когда увидел своих братьев. Вместо этого Ронан старался держаться поближе к магниту, поддерживающему жизнь в его бессознательном теле. Бесчисленные минуты он проводил в темном коридоре, прислушиваясь к шуму механиков, работающих по ту сторону стены, и страстно желая, чтобы его навестил Диклан. Желая, чтобы хоть что-то прогнало тьму. Желая проснуться. Иногда он позволял себе уплыть обратно в темное море и находил другой магнит, чтобы ненадолго увидеть солнце, но всегда возвращался.

Впусти меня, – твердил он своему телу. – Проснись. Проснись.

Неизвестно, сколько времени прошло, когда в коридоре внезапно забрезжил свет.

Он исходил от маленького электрического фонарика, перемотанного потертой изолентой. Человек с фонарем шагнул на порог, и Ронан разглядел его обувь. Оказалось, что это вовсе не эффектные туфли Диклана, из-за которых его ступни казались длинными, как у эльфа, а пара потертых кожаных кроссовок.

Пожалуйста.

Ронан не смел надеяться.