– Но это ничего не меняет, – Генка явно был испуган. – Если вылезет наружу, что мы его похитили?
– Как это может вылезти? – оставался спокойным Антон. – Горин об этом уж точно не скажет.
– Почему нет? – Генка не разделял уверенности друга. – Ему вовсе не надо объяснять из-за чего произошла эта авария. Да и про обмен ему не надо ничего рассказывать. Полиции нужен будет козёл отпущения.
– Да, – согласно кивнул Санёк, – это уж точно. Хорошо, что мы догадались номера на машинах заменить. А то бы они тебя быстро вычислили, – невесело посмотрел он Антона.
– К тому же, Горин и сам захочет нам отомстить. – Размерял нервными шагами комнату Генка.
– Пусть он сначала нас найдёт, – с вызовом бросила Вера. – Да что вы так испугались. – Мы все живые, да и ладно. Уже светлеет, – устало зевнула она, – так что, давайте, ребята, поспим. Ночь тяжёлая была. А на свежую голову и решим, как нам дальше быть.
– Наверное, ты права, – перестал шагать по комнате Генка. – Уже светает, – кинул он тревожный взгляд в окно, – так что, я домой. Вы тоже отдыхайте. А сегодня вечером, скажем… – немного подумал он, – в восемь, снова приду. И прошу вас, – строго произнёс он, – никуда не высовывайтесь. Сидите в квартире.
– Да никуда мы не пойдём, – голос Сёмки тоже звучал устало. – Я сейчас до подушки, и всё. Глаза уже слипаются.
– У меня тоже, – поддержал его Санёк. – Так что, все по местам. Я мне тут на кухне раскладушку поставлю, а вы уж, гости дорогие, – добродушно протянул он, – сами располагайтесь.
– Тогда я пошёл. Провожать не надо, – пожал всем руку Генка, и направился к выходу.
– Да нет, я провожу, – пошёл за ним Антон.
Когда он вернулся, то на кухне, кроме Санька, уже никого не было.
– О, уже все так быстро разбежались, – удивился он.
– Да, Антоша, – разлаживая раскладушку, упавшим голосом протянул Санёк. – Давай и ты. Кто его знает, что нас завтра ждёт. Может это наша последняя спокойная ночь, – обречённо вздохнул он.
Антон невесело усмехнулся:
– Ах, – беззаботно отмахнулся он, – где наша не пропадала. – Отступать всё равно уже поздно.
– Правильно, – подошёл к другу и одобрительно похлопал его по плечу Санёк. – Мы ведь мужики.
– Ага, – горько ухмыльнулся Антон, – я вот теперь ещё и отцом стал. Так что, мне раскисать никак нельзя.
– Да… нелегко тебе будет, – понимающе протянул Санёк. – Я же знаю, что ты испытываешь к Вере совсем не отцовские чувства.
– Да знаешь, – задумчиво посмотрел на друга Антон, – мне даже теперь как-то спокойнее стало. Может эта звёздочка на меня повлияла, – неопределённо пожал он плечами, – а может моё чудо-спасение, не знаю. Но только, когда Вера меня сегодня отцом назвала и с такой наивной доверчивостью ко мне прижалась, то во мне словно какой-то переворот произошёл. Я теперь, – чувственно произнёс он, – сделаю всё, лишь бы она была счастлива. И если ей для этого нужен Андрей, то я помогу ей его разыскать.
Санёк восторженно посмотрел на друга:
– Настоящий мужик! Ничего не скажешь. Завидую твоей сдержанности. Я бы так не смог.
– Если бы по-настоящему любил, то смог бы, – уверено произнёс Антон. – Ну, ладно, Санёк, спокойной ночи, – попрощался он, и направился к двери.
– Спокойной ночи, – сочувственно посмотрел ему вслед Санёк. Он прекрасно понимал, как нелегко в данный момент приходится другу, и совсем не хотел оказаться на его месте. – Тогда уж лучше как я, ничего личного, – самодовольно заключил он, и пошёл спать.
Екатерина лениво потянулась. Она уже давно не спала так хорошо. На собственной кровати было куда удобнее, чем на больничном диванчике. Хотя её очень беспокоило то, что Вадим провёл эту ночь в одиночестве. Ей вообще не нравилось его апатичное настроение. Поэтому она решила, что нужно брать ситуацию в свои руки, и самой связаться с Инной. Екатерина прекрасно понимала, что сын ужасно по ней скучает, но из-за своей тупой гордости не хочет ей звонить. Так что, решительно подумала она, что настало время рассказать Инне о болезни Вадима, а там она уже пусть сама решает, что ей делать.
Наскоро позавтракав, Екатерина вызвала такси. Назвав шофёру адрес, она немного занервничала. Хотя она и была в доверительных отношениях с Инной, но всё же почему-то чувствовала себя неловко оттого, что действовала за спиной сына. Но отступать она тоже не хотела. Поэтому, оказавшись у здания общежития, она уверенно зашла в подъезд и приветливо спросила у дежурной:
– А Инна Белова у себя?
– Да нет ее, – так же приветливо ответила пожилая, приятная на вид женщина, – она же к родителям уехала.
– А что так? Ведь сейчас ещё не каникулы? – расстроенно протянула Екатерина.
– Так заболела она, – невесело сообщила дежурная.
– А что с ней? Что-то серьёзное? – заволновалась Екатерина.
– Я даже и не знаю, – извинительно протянула дежурная. – На ней последнее время и лица не было. Ходила угрюмее тучи.
– Ну, а кто-нибудь знает, что с ней? – Екатерина очень нервничала. Эта неизвестность её угнетала. – У кого бы я могла спросить?
