Мужчина был очень импозантен и красив. Его гордо посаженная седовласая голова несла на своем лице и силу, и обаяние, и что-то дьявольски необыкновенное и завораживающее. Хотелось смотреть на него еще и еще. Его благородный и представительный вид наводил на мысль, что перед вами как минимум князь или граф, но кто-то сильно властный. Красавец медленно и как-то вальяжно-лениво подошел сначала к Алле, поцеловал ее в губы, но не эротическим поцелуем, а каким-то, наверное, тоже ритуальным, потом повторил процедуру целования с Катей, кивнул свысока лысому, а потом повернул свое лицо к Саше и посмотрел в глубь его души. Саша оцепенел. Ему стало жутко нехорошо и от этого взгляда, и от полуулыбки на его губах, и от животного страха, появившегося в его желудке от этих его холодных, ледяных, но притягивающих его взор черных глаз. Саше показалось, что в них мелькнуло что-то доселе уму непостижимое, но так хватающее прямо за кишки и его внутреннее нутро, до чувства плохой пищи, которую нужно немедленно выблевать из себя.
– Здравствуйте, здравствуйте… – ласковым голосом пропел красавец. Голос его оказался бархатным и низким. Голос был завораживающий. Голос и глаза не вязались друг с другом никак. Как если бы арию Мефистофеля пел тенор Иван Козловский. Сашу затошнило от этих глаз и голова закружилась…
Ну вот, и началось… – мелькнуло в голове. – А вот это, наверное, их «Воланд» крутого разлива. А может, и всеевропейского, раз они по венгриям болтаются.
Под желудком защемило, как от вида на самом краю крыши сорокаэтажной высотной башни, с которой его заставляют сигануть всем телом об асфальт…
– Что же вы все взволновались и поднялись дружно? Милости прошу. – И «Воланд» указал всем на кресла.
Все как по команде сели и дамы тут же опять «отключились», а седовласый повернулся спиной к окну, отчего лицо его, вместе с глазами спрятались в тени и, протянув Саше руку, ласково сказал:
– Давайте знакомиться. Меня зовут Давид Соломонович Гинзбург. Мне очень приятно, что Алла, наконец-то, познакомила нас с вами. Я возглавляю Всероссийское Отделение нашего ордена. Орден наш имеет филиалы во всех странах мира. Сегодня именно мы есть настоящая Мировая Власть. – Он ярко выделил голосом название. – Не побоюсь этого слова и гордо могу повторить. – Мировая Власть! То есть мы реально управляем всеми процессами, происходящими в Мире. Я говорю об этом так открыто и честно, потому что, во-первых, Алла сообщила мне, что вы к разговору готовы, а во вторых, вы еврей. Хоть и полукровок, но наш, свой в этом мире. А мы, евреи, должны объединяться. Пришла пора выходить нам всем из подполья и реально брать всю власть в свои руки, а не за кулисами руководить процессом. Мы стали активизироваться. Это не первая попытка выйти из подполья, но прошлые оказались преждевременными, за исключением Соединенных Штатов Америки. Там мы у власти с конца Первой мировой. А сейчас, в связи со всеобщей глобализацией, время стало нас само поджимать. Пора настала.
– Я не совсем понимаю вас, – сказал Саша почему-то очень тихо. – Вы что, всемирный переворот будете делать?
– Почему вы сказали «вы»? Мы все вместе будем делать. Вы сами ведь уже здесь. Значит, тоже готовы участвовать. Ведь так?
– Я, честно говоря, не совсем понимаю, не до конца. Чем я могу помочь перевороту?
– А что, Алла вам не все объяснила?
– Не совсем. Быстрее, я сам ознакомился с ее литературой, а вразумительного объяснения, как такового, так и не получил…
– Ну-у-у-у. Этот пробел мы наверстаем. Как я понимаю, вам в общих чертах охарактеризовали наше основное направление. Должно быть, что-то стало более или менее понятно? И даже цель самого ордена тоже? Безусловно, цель наша ясна до простоты: Мировое Господство, во главе с новой религией. Программа наша состоит из двух частей – разрушение и созидание. Первое, – он сделал серьезное лицо еврейского мудреца, плохо просматривающегося из тени, как истинного, таинственного Гения и торжественно провозгласил, – Разрушение Христианской Церкви и полное искоренение Веры в Господа Иисуса Христа; социальная революция при поддержке анархии, умеющей поднять гоев-пролетариев против любого правительства и прочих высших классов; низложение имущих; отмена любой частной собственности. И второе – создание культа, основанного на истине и разуме, которое будет называться «Научное Христианство»! Приглашаю в наши ряды. – Давид Соломонович крепко пожал Сашину руку, которую он держал в своей во время всего короткого спича. Эта еврейская рожа, стоя все еще в полумраке и крепко сжимая его руку, нажал средним пальцем в середину его ладони и чуть-чуть как бы почесал там. – А это наш знак. Так мы здороваемся с нашими братьями. Рукопожатие было изобретено именно для этих целей нами же. Иначе, зачем оно нужно? Негигиенично, да и не очень красиво. Но для нас оправдательно. Трудно среди чужих узнать своих. Так что будете теперь знать где свои, а где чужие.
