- Альбус, куда ты торопишься? Не видишь, юноше надо дать время прийти в себя. А ты сразу адскую курицу призываешь! – указывая на огненного дракона, восторженно сказал Гриндевальд. И с довольной гримасой посмотрел в мою сторону.
- Паяц, - усмехаясь сказал я, крепко сжимая волшебную палочку. – Что вам надо? Решили выйти из тени?
- Ох-хо-хо, молодой человек, - осматривая всех в зале, обратился ко мне Фламель, - Вы или очень смелый, или очень глупый. Ведь перед Вами находятся четыре величайших мага своего времени!
- И что? – спросил я.
- Ну как же?! – воскликнул он, а потом огорченно добавил: - Всё-таки Вы глупый человек! Жаль, очень жаль. Тогда я объясню Вам. Мы пришли получить не только ответ на вопрос, зачем Вам смерть нашего друга, - рукой указал он на Геллерта. - Также мы пришли сделать предложение находящимся в этой Палате лордам. Присоединяйтесь к нам!
Нотт, готовый в любую секунду к отражению атаки, спросил.
- Зачем нам присоединяться к вам? Он, - указал на Дамблдора, - полукровка. Он, - перевёл палочку в сторону Гриндевальда, - чистокровный, но не чета древнейшим родам. Все знания он получил от Вас или убивая и сея хаос. А Вы? Вы тоже чистокровный в пятом поколении?
- Да как ты смеешь, - закричал Альбус, - так разговорить с нами? – И в ту же секунду огненный дракон Дамблдора выпустил струю адского огня. На месте, где стоял Нотт с несколькими волшебниками, остался только прах. Всё произошло настолько быстро, что они даже не успели среагировать.
Фламель с укором посмотрел на Дамблдора.
- Не делай так больше. Это было лишним! – Дамблдор слегка склонил голову, показывая всем находящимся в зале, что признает главенство Фламеля над собой. Николас ещё ненадолго задержал внимание на нем, потом вновь осмотрел зал. - Извините за это. Я не собирался убивать главу столь древнего рода. Но это будет вам предупреждением! ВЫ ИЛИ С НАМИ, ИЛИ ПРОТИВ НАС. Другого не дано.
После того, как дракон сжёг министра, я повернулся к Поттеру.
- Есть предложения?
- Я подыхать без боя не собираюсь! – ответил Карлус. - Рон, Люц, вы со мной?
- Нам не победить их четверых, - очень тихо прошипел Малфой. Он посмотрел на меня. – Рон, ты сможешь нас телепортировать?
- Да, - ответил я, подавая руку Малфою.
- Без меня, - вышел вперёд Карлус. - Если мы это сделаем, то все, – указал он в зал, - склонятся перед ними. Я остаюсь.
Я пожал плечами,
- Он прав, - согласился я с Поттером. И как раз в этот момент наша троица привлекла внимание Фламеля. Малфой выругался. Он сломал какой-то предмет. Я подумал, что это сигнальный маяк для вассалов.
В отличие от Малфоя, мой маяк находился в правом кармане, и я не мог его достать, не убирая палочку. Я выпускаю ментальный щуп и за считанные доли секунды слышу специфический звук, ломаемого маяка в своём кармане.
- Рональд Биллиус Уизли, один из самых молодых лордов, которые мне встречались на моём длинном жизненном пути, – начал говорить Фламель. - Зачем Вам смерть Гриндевальда?
- Скажите, а Вы всегда верите тому, что пишут в газетах?
- Какой Вы невоспитанный, - покачал головой Николас. И тут я почувствовал, что мою шею обхватили невидимые путы. Они душили меня поднимая всё выше и выше. И барахтаясь в воздухе, я на глазах у всего Визенгамота, приближался в центр зала. Освободиться у меня никак не получалось. К сожалению палочку я выронил, когда меня резко подняли в воздух. А стихия не отзывалась.
В будущем Гриндевальд рассказывал, что Дамблдор в совершенстве пользовался трансфигурацией. И показанные чары по уровню были вне моего понимания. Создание птиц для защиты от смертельного проклятия было не ново, но их трансфигурация в нечто, похожее на горгулий, откровенно говоря меня пугала. А Дамблдор, помимо них, удерживал ещё и огненного дракона.
Я вижу, как лучи врезаются в двух горгулий, и Альбус уже готовился атаковать в ответ, как в этот момент Николас положил ему на локоть руку.
- Успокойся! Ты так нас оставишь без слуг. – Потом он посмотрел за мою спину и сказал: - Вы живы только потому, что я так хочу. Пока я общаюсь с юным Уизли, у вас есть время подумать о том жить со мной во главе или умереть здесь и сейчас!
Лавгуд, стоящий рядом с Боунс, дрожащим голосом спросил.
- Что нас ждёт на вашей стороне?
- Ксено, - обратился к нему Альбус, - ты останешься жив! Разве этого мало?
- Есть вещи поважнее моей жизни! – ответил он.
Это были последние слова, которые я услышал из зала. Но они полностью изменили впечатление о запуганном Ксенофилиусе Лавгуде.
