— Да мне плевать, насколько он красивый, сексуальный и неотразимый. Я не собираюсь закрывать глаза на его омерзительный характер. На то, что у него отсутствует какое-либо воспитание и хотя бы небольшое уважение к женщинам.
— Ну ты сама виновата. Поладила бы с этим парнем — он тоже был бы дружелюбен к тебе.
— Нет уж, я не хочу и не буду с ним дружить!
— Да ладно тебе, Ракель, чего ты так злишься, — недоумевает Наталия. — Ничего же такого не случилось!
— Не случилось? — громко удивляется Ракель. — Ты серьезно? Этот придурок чуть не сорвал фотосъемку и нагло приставал ко мне! Да еще и имел честь рассказать обо всех своих извращенных фантазиях.
— М-м-м… И какие же они?
— Омерзительные!
— Ну расскажи!
— Этот отморозок представлял меня голой, лежащей на кровати и связанной!
— Ух ты! — слегка округляет глаза Наталия.
— Ты представляешь! Представляешь, как себя вел этот наглец!
— М-м-м… Лежать обнаженной перед самим Терренсом МакКлайфом…
— Ты в своем уме? — сильно хмурится Ракель. — Неужели тебе это понравилось бы?
— Мне бы понравилось все, что сделал бы этот сексуальный горячий мужчина.
— Господи, Рочестер, да ты точно ненормальная! Раз тебе нравится ТАКОЕ!
— Господи, к тебе прикоснулось само совершенство! А ты еще нос воротишь! Да ты
— Больше не будет бегать.
— Представляю, как все косо смотрели на тебя, пока ты строила из себя Снежную Королеву.
— Мне плевать, как на меня смотрели. Плевать, что думали те девки, которых МакКлайф соблазнял прямо у меня на глазах.
— М-м-м, а ты, я так понимаю,
— Что? — широко распахивает глаза Ракель. — С ума сошла что ли? Какая, черт возьми, ревность?
— Эй, а ты сама случайно не проверяла его реакцию с помощью флирта с другими мужчинами?
— Проверяла. Этот придурок постоянно выражал свое недовольство и чуть не прибил их всех. Особенно фотографа, который не жалел для меня комплиментов.
— М-м-м, смотри-ка, а этот красавчик
— Я ему не подружка, чтобы ревновать меня к кому-либо. Он не имеет никакого права запрещать мне общаться с мужчинами и флиртовать с ними.
— Ну знаешь, дорогая моя, раз мужчина тебя ревнует, значит, это уже сигнал того, что ты ему неравнодушна.
— Ох, боже мой… — Ракель устало стонет. — Я сто раз пожалела, что вообще согласилась работать с этим человеком. Что не поговорила с Сереной. Надо было лишь отказаться от работы, либо требовать себе другого партнера. Но нет! Я, дура, нарвалась на неприятности!
— Но теперь уже поздно сожалеть, — отмечает Наталия. — Уже очень скоро фотографии с тобой и Терренсом появятся в журнале.
— К сожалению…
— А-а-а, я уже представляю, как обрадуются ваши поклонники, увидев вас вместе на одной фотографии.
— Не дай бог, меня заставят подписывать журнал с нашей фотографией на обложке.
— Конечно, заставят! Ведь на ней будут две легенды! Два кумира молодежи!
— Из нас кумир молодежи только один — это я.
— Ну не скажи! Терренс далеко не безызвестный парень, который использует возможность поработать с тобой как шанс пропиариться. У него есть своя фан-база. Очень даже большая.
— Этот человек еще и смеет мне угрожать! Мол, сделает все, чтобы разрушить мою карьеру.
— Перестань, Ракель, что ты такое говоришь!
— Я серьезно, Наталия. МакКлайф заявил, что я еще пожалею о том, что перешла ему дорогу.
— Нет, подружка, этого не будет.
— А вдруг он все-таки не врал? Что ли через несколько дней я проснусь и узнаю, что обо мне где-нибудь написали ужасные вещи? Что если МакКлайф и правда решит унизить меня перед всем миром?
— Зачем ему это?
— Не знаю. Но честно говоря, меня это начинает беспокоить.
— Ракель…
— Если моя карьера будет разрушена, то для это будет катастрофой. Я буду до конца своих дней винить себя в том, что не отказалась от работы с этим человеком.
— Успокойся, дорогая, никто не будет рушить твою карьеру. Тем более Терренс.
— Господи, ну почему это произошло именно со мной? — Ракель тяжело вздыхает. — Работала себе спокойно: снималась для журналов и рекламы, участвовала в модных показах, ездила по всему миру, давала интервью… А тут все в моей жизни перевернулось с ног на голову.
— Не думай об этом, милая, — мягко советует Наталия, погладив плечо Ракель. — Все будет хорошо.
— А если нет?
— Перестань, Кэмерон, нашла из-за чего переживать!
— Я слышала, что он крикнул мне вслед. И не удивлюсь, если Терренс действительно исполнит свои угрозы.
— Даже если он реально это сказал, это могло быть сделано со зла.
— Со зла или нет, но я почему-то не думаю, что он будет бросать такие слова на ветер.
— Подружка, прошу тебя, успокойся и перестань думать об этом, — мягко просит Наталия. — Все будет хорошо, я в этом уверена!
— А если нет?
— Никто не будет ничего писать про тебя во всяких газетенках, журнальчиках или Интернете. А Терренс не станет делать что-то, чтобы разрушить твою карьеру.
