– Ну да, хорошо… Все думают, что у меня не все в порядке с головой. Потому что этот мерзавец Терренс МакКлайф заявил, что я якобы вела себя, как больная истеричка, и поставила себя выше всех актеров и актрис.
– Господи, да никто не поверит в эту статью! А журналисты просто обожают раздувать из мухи слона. Ради бешеных денег они готовы написать все что угодно. Ты же сама прекрасно это знаешь.
– На этот раз все поверят не мне, а ему.
– Ну а чтобы узнать, действительно ли народ поверил всем этим словам анонима, тебе придется продолжать выходить в свет.
– Что?
– Ты должна продолжить общаться с поклонниками, встретиться с менеджерами и поговорить с тем фотографом. И как можно скорее надо найти автора всех этих писем. Того, из-за кого все это началось.
– Искать не нужно, потому что я уже знаю, кто за всем этим стоит.
– Хорошо, раз ты так уверена в том, что это Терренс, разыщи его и поговорим с ним.
– С радостью! Я бы с радостью заявилась к нему домой и высказала все, что думаю об этом ублюдке.
– Ракель…
– И потом пригрозила бы, что пойду в полицию со всеми распечатками писем. Я бы посмотрела, как бы он тогда запел.
– Сначала ты должна доказать, что он сделал он.
– Я не сомневаюсь в том, что это сделал МакКлайф.
– Говорю еще раз, ты не можешь обвинять человека без доказательств.
– У меня
– Даже если ты распечатаешь все письма анонима, это не значит, что их можно будет использовать в качестве доказательства вины Терренса. Если бы они были написаны от руки, а не напечатаны на компьютере, то можно было бы сравнить почерк анонима с почерком этого парня.
– А как же его угрозы, которые он выкрикнул мне вслед?
– Разве есть свидетели того, как он это сказал?
– Нет, но…
– Тогда не надо обвинять человека до тех пор, пока у тебя не будет неопровержимых доказательств.
– Дедушка Фредерик…
– Кто угодно мог распространить все эти слухи и заваливать тебя этими письмами. Это может быть любой человек, который был на той фотосессии.
– Нет, я знаю, что это был МакКлайф.
Ракель, устав наматывать круги по всей комнате, присаживается на кровать.
– И я клянусь, он мне за это ответит, – уверенно заявляет Ракель.
– Внучка, я тебя умоляю, успокойся, – спокойно просит Фредерик, присев на кровать рядом с Ракель и приобняв ее за плечи. – Не надо ничего решать в таком состоянии. Когда ты на взводе. Негативные эмоции – плохой враг человека.
– Серьезно? То есть, ты предлагаешь меня сидеть, сложа руки, и ничего не делать? Позволять этому ублюдку и дальше губить мою карьеру?
– Ракель…
– Клянусь, я никогда не прощу этого человека, если выяснится, что это действительно его работа. Я заставлю его дорого за это заплатить. Сделаю все, чтобы он потерял все свои надежды на то, чтобы получить хоть одну главную роль в кино.
– Не надо обвинять только его, дорогая. Автором тех писем и распространителем сплетен может быть кто угодно.
– МакКлайф – единственный, с кем я тогда не ладила.
– И что? Я уже сказал, что иногда даже твой близкий человек может замышлять против тебя что-то плохое?
– Хочешь сказать, что это кто-то из моих друзей?
– Ты же сама сказала, что человек сам дал тебе подсказку. Этот человек был на той фотосессии, на которой ты работала с Терренсом.
– Никто из тех людей не мог это сделать.
– Ну хорошо… Подумай еще раз… Может, на съемках тогда присутствовали те люди, которые не должны были там быть?
– Все те люди так или иначе связаны со мной, с МакКлайфом или самой фотосъемкой.
– Ладно… Но вдруг кто-то все-таки был?
– На съемках всегда работает огромное количество людей, дедушка. Невозможно уследить за всеми. Захочешь кого-то запомнить – не запомнишь. По крайней мере, я помню только тех, с кем до этого работала уже несколько раз.
– Дело не в том, знакома ты с теми людьми или нет.
– За годы своей работы я познакомилась со столькими людьми, что могла напрочь забыть всех, с кем когда-либо работала. Могу вспомнить кого-то только лишь спустя время.
– В любом случае искать подозреваемого нужно среди тех, кто был на той фотосъемке.
– Не нужно никого искать, – низким голосом отвечает Ракель. – Подозреваемый найден.
– Я не верю, что Терренс мог на такое пойти.
– Ты просто его совсем не знаешь. А узнал бы – тоже поставил бы на первое место в списке подозреваемых.
– Ракель, пожалуйста…
– Этот человек пожалеет о том, что решил связаться со мной, – уверенно заявляет Ракель. – Пожалеет, что посмел встать на моем пути. Посмел распространить все эти слухи. Посмел отправлять все эти письма.
– Не забывай, что ты начала получать все эти письма гораздо раньше того момента, когда произошло твое знакомство с Терренсом.
– Всего лишь спустя несколько часов после прочтения того письма.
– Я уверен, что он не имеет никакого отношения к этим письмам. Их написал кто-то другой.
– Да я не удивлюсь, если этот козел уже замышлял что-то против меня задолго до того, как мы встретились.
– Ты ведь сказала, что он изменился в лице после твоего заявления о том, что этот парень не кажется тебе знакомым.
– Это могло быть притворство.
– Нет, солнце мое, ты все придумываешь.
