– Да, но к вам особенно. Я следила за дамами, с которыми он танцевал, и каждый вечер вы имели честь танцевать с ним почти все вальсы.
Клара свела брови, глядя на свою дуэнью.
– Вы следили? Вы удивляете меня, миссис Гантер.
Женщина улыбнулась.
– Он очень хорошая партия, Клара. Мне было любопытно узнать, как велики ваши шансы в этой вашей женской конкуренции, если она вообще есть. Кажется, весьма небольшая.
Когда Клара не ответила, миссис Гантер продолжила:
– Он говорил с вами о своих детях?
– Да, несколько раз.
– Знаете, у него только один сын. По-моему, ему лет восемь.
Клара поднесла к глазам бинокль и оглядела ложи, находившиеся напротив той, в которой она сидела.
– Я бы подумала, – сказала миссис Гантер, – что он захочет иметь еще детей, если возможно, еще сыновей, чтобы сохранить свой род. Нельзя рисковать, когда это титул герцога.
Клара внимательно оглядела ложи и перевела взгляд на партер.
– Да вы не слушаете меня, – сказала миссис Гантер и, настроив бинокль, посмотрела вниз. – Я вас спрашиваю, что интереснее герцога Гайсборо может находиться там, внизу?
– Я просто рассматривала наряды, миссис Гантер. Сегодня здесь много красивых платьев.
Миссис Гантер продолжала смотреть вниз на толпу.
– Вы ищете этого маркиза с сомнительной репутацией? Он там?
Клара выпрямилась и пристально посмотрела на миссис Гантер:
– Нет, не думаю.
– Хорошо. – Миссис Гантер понизила голос. – Он не из тех людей, с которыми вам следует поддерживать знакомство, Клара. Я понимаю, что он пэр, но его репутация все обесценивает. Я бы попросила вас в будущем не общаться с ним.
– Не общаться? Я не могу выполнить вашу просьбу.
– Но вы должны, если не хотите запятнать свою репутацию. И если не хотите отпугнуть от себя более достойных мужчин, таких как герцог, например, которые видели бы в вас подходящую невесту. Вы должны быть совершенством.
– Едва ли я совершенна, миссис Гантер. Никто из нас несовершенен.
– Но некоторые люди лучше многих, и, несмотря на свой высокий титул, маркиз в этом отношении ниже других. Сплетни, которые ходят о нем, я могла бы назвать отвратительными.
Клара чувствовала, что заболевает.
– Сплетни иногда все преувеличивают.
– Не защищайте его, дорогая. Даже если они что-то преувеличивают, все равно в них есть доля правды.
Клара знала, что не следует спорить с миссис Евой Гантер, великой представительницей нью-йоркского матриархата, но не могла сдержаться. Ее руки сжались в кулаки.
– Как вы можете так говорить? А что, если он в действительности хороший человек, только непонятый другими?
Нельзя сказать, что она сама верила в это. Она просто не знала. Нет, кое-что она знала. Судя по присланным им письмам, он во всех отношениях был таким, как о нем говорили.
– Это не имеет значения.
Свет в зале притушили, и Джеймс с Софией заняли свои места. Словно по волшебству на сцене подняли занавес.
Клара застыла, погруженная в размышления о том, что сказала миссис Гантер. Почему она должна отказаться от того, чего ей хочется, и поступать так, как считают нужным другие. Но другая часть ее души, возмущенная этими требованиями, хотела снова увидеть маркиза, всего лишь в знак неповиновения. Чтобы доказать, что он не такой уж плохой и у нее тоже есть ум и воля, она не откажется от своего личного счастья ради соблюдения каких-то приличий.
Клара упрекала себя. Однажды она уже чувствовала себя так, и это имело печальные последствия.
Началась опера. Клара некоторое время не могла успокоиться, затем немного пришла в себя и попыталась смириться с условиями, высказанными миссис Гантер.
Кого она хочет обмануть? Она же никогда не станет бунтовать ради самого бунта. Она стала умнее. И в большинстве случаев поступает разумно.
Клара подняла бинокль и посмотрела в сторону ложи, находившейся напротив нее. Там в одиночестве сидел герцог Гайсборо и смотрел на сцену. Вероятно, когда была жива его жена, она сидела рядом с ним. Как жаль, что она умерла такой молодой, оставив мужа и детей. Клару переполняло сочувствие к этому человеку.
Возможно, она была безрассудна, мечтая о дерзком, бесчестном маркизе, в то время как порядочный, благородный человек с устоявшимися высокоморальными убеждениями и ценивший семью, был рядом, проявлял к ней интерес и относился с глубоким уважением.
Она опустила бинокль и вздохнула, пообещав себе, что не будет спешить с решением.
Спустя три дня герцог Гайсборо приехал к Кларе с визитом и сделал ей предложение.
Клара тупо смотрела на него, не зная, что ответить.
– Я буду вам отличным мужем, мисс Уилсон. Меня уважает сама королева. Мое имение состоит из наилучших и престижных земель в Англии. Мои дети послушны. Вы их почти никогда не будете видеть.
Никогда их не видеть? Разве это хорошо?
– Вы будете, как и ваша сестра, герцогиней, – с гордостью добавил он.
Кларе нужно было обдумать свой ответ. Такое предложение получают раз в жизни. Сотни молодых женщин по обе стороны Атлантики отдали бы все, чтобы оказаться на ее месте. Почему же она ничего не чувствует? Ничего!
Клара попыталась улыбнуться.
– Мне льстит ваше предложение, ваша светлость. Я неожидан…
