Существо, которое я оставила без пальцев, яростно кричало. Другое атаковало. Я пнула его, но оно успело глубоко прокусить мне плечо, разрывая зубами плоть. Существо оказалось у меня за спиной, а мое плечо в его пасти. Зашипев от боли, я нанесла ему удар кулаком, поражая склизкую и холодную, как у жабы плоть. Мой кулак провалился в вязкую субстанцию и прошел насквозь, существо еще глубже вгрызлось в плечо до самой кости. Боль стала невыносимой и окрасила окружающий мир в красные тона, на лбу выступил пот. К горлу поступила желчь. Я с трудом ее сглотнула, увидев, как ко мне приближаются два существа. Игнорируя тварь, которая пыталась отгрызть мне плечо, я пнула первого, заставив его попятиться и сбить с ног второго.
Ночную мглу разрезал красный луч, и неожиданно оба существа оказались без голов. В воздухе разнесся запах паленого мяса, вызывая у меня удушье. В каком-то миллиметре от моей руки вновь полыхнул пучок красного света, и существо, что пыталось сожрать плечо, с ревом отпустило меня. Я перекинулась в волка и, прихрамывая, заковыляла прочь. Как только я добрела до разбитого окна магазина, я перекинулась обратно в человеческую форму и опустилась на землю, бережно придерживая раненную руку и кисть, и не прекращая следить за ходом баталии.
На помощь пришла кавалерия. Роан, Джек и Кейд ввязались в драку и с отменной сноровкой принялись уничтожать хамелеонов. Я никогда прежде не видела брата в бою, и то, что он вытворял сейчас, было поистине страшно. Он был быстр, умел и чрезвычайно безжалостен — именно таким и должен быть страж, и именно таким, каким мне брат не казался.
Кейд не уступал в мастерстве боя остальным, хотя был не так быстр и неистов. Очевидно, он был не
Я посмотрела в сторону. Красное марево, знаменующее присутствие Куинна, исчезло, и на мгновение меня обуял страх. Затем воздух окрасил насыщенный аромат сандала, и через секунду вампир уже стоял передо мной на коленях. Его прекрасное лицо было оцарапано, бордовый свитер порван и пропитался кровью.
— Что с тобой? — в его голосе слышалась ярость, какой я никогда прежде не слышала, а в темных глазах мерцал страх. — Они тебя укусили?
Я показала ему на плечо. Он тихо выругался.
— Нам нужно это обработать. Эти ублюдки носители различных вирусных инфекций.
— Группа Управления прибудет примерно через пять минут, — сказал Роан, появляясь из толчеи. Он сгреб меня в охапку. — Мы встретим их — среди них есть медики для подобных случаев.
Он бежал со мной на руках сквозь ночь. Краем глаза я видела, как он спустился вниз по склону и повернул налево. Медицинская бригада уже была готова к работе, когда мы добрались до них.
Врач, бросив один взгляд на мое плечо и руку, затолкнул меня в ближайшую мобильную палату. Я была раздета, отмыта от грязи и крови, и перебинтована, а затем мне в ягодицу сделали несколько уколов такими огромными иголками, каких я никогда раньше не видела. Они причинили мне гораздо больше боли, чем чертов укус.
— Следите за этим плечом, — посоветовал врач, снимая перчатки. — У вас волков, как правило, еще не возникало проблем с вирусными инфекциями, но несмотря на это, если заметите какое-нибудь воспаление или необычный цвет, сразу же к нам.
Я кивнула.
Он взглянул на монитор портативного компьютера на столе.
— В вашем файле значится примечание о приеме. В пятницу.
Я удивленно моргнула.
— Какой еще прием?
— С доктором Харви, в четыре часа.
Какое-то мгновение я лишь смотрела на него, а мое сердце готово было выскочить из груди. Доктор Харви — специалист, который скажет мне, смогу ли я иметь детей или нет. Он не относился к медикам Управления, но был проверен и одобрен им.
— Больше там ничего не указано?
Док взглянул на меня:
— Что-то связанное с результатами тестирования.
В любом случае, через два дня я обо всем узнаю. Теперь, когда развязка стала близка, я начала сомневаться в своей готовности узнать правду.
— Спасибо, док.
Он кивнул и отвернулся. Я осторожно натянула одежду и вышла в зону ожидания. Роан поднялся со стула.
— Что говорят?
— Я в порядке. — Умолкнув, я огляделась. — А где Куинн?
— Ожидает снаружи. Ему не понравилось, что он ощутил в этом месте.
Мои губы дернулись в улыбке.
— Правда?
— Не забывай, он — эмпат. Он сказал, что палаты преисполнены плохими воспоминаниями и болью.
У Куинна имелись достаточно прочные щиты, чтобы оградить его от такого, выходит, ему на самом деле было худо, раз он дал деру. Я была чертовски рада, что сопереживание — не является одной из моих проблем.
Роан взял меня под здоровый локоть и сопроводил до дверей.
— Ты чувствуешь готовность противостоять тому, с чем можешь столкнуться в этом месте, или предпочла бы покинуть его до завтрашнего утра?
Я бы предпочла вовсе ни с чем не сталкиваться, но у меня не было такого выбора, и мы оба это знали. Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.
— Давай покончим с этим.
