Три красавицы, рожденные в бедности и вознесшиеся к вершинам богатства и славы. Три сестры. Три судьбы.Изабель — ослепительная дива киноэкрана, о которой мечтают сотни мужчин. Она страдает, много лет из гордости скрывая свою мучительно-страстную любовь…Кристиан — прелестная невеста обаятельного миллиардера. Она готова в одно мгновение бросить все — ради того, кому подарила свое сердце…Арран — знаменитая писательница. На первый взгляд — счастливая и уверенная в себе женщина. В действительности — жертва своих темных страстей…Три сестры, три судьбы — и одна таинственная, странная загадка…
Изабель Уинн сидела на грязных ступеньках большого многоквартирного дома и жевала яблоко. На ней были очень короткие, плотно облегающие шорты из джинсовки, расшитые ковбойские ботинки с высокими каблуками и ярко-красный топ-бикини, едва вмещавший роскошную грудь. Вообще весь костюм скорее безжалостно обнажал, чем скрывал ее пышные формы. Приходилось постоянно помнить о том, что надо втягивать живот, и сейчас ее мучил голод, но ничего, кроме яблока, на ленч она себе позволить не могла.
Шли натурные съемки в заброшенном местечке к югу от Лос-Анджелеса. Снимался фильм под названием «Война Роупера», в котором Изабель играла крутую, но сексапильную женщину-полицейского, пытающуюся под видом проститутки внедриться в банду торговцев наркотиками. Изабель с самого начала не хотела сниматься в этом фильме. Ни роль, ни сценарий ей не нравились. И в довершение ко всему ее партнером был Карло Норт — король среди актеров, создававших образы насильников и головорезов.
Но самое ужасное — это то, что она согласилась сниматься в этом фильме ради Харта, а в результате их отношения безнадежно испортились.
Изабель откусила от яблока, обратив отсутствующий взгляд на толпу, которая все увеличивалась, достигнув уже нескольких сотен человек. По округе прокатилась весть о том, что с минуты на минуту ожидается нечто потрясающее.
Этот квартал находился недалеко от проезжей части.
По обеим сторонам улицы толпились люди в синей полицейской форме. Однако лишь половина из них на самом деле были полицейскими, остальные — актеры.
Им, по-видимому, тоже надоело бесконечное ожидание. Подготовки к съемкам, казалось, длились уже целую вечность. Когда все будет готово и режиссер наконец рявкнет «Мотор!», автомобиль, припаркованный за углом, рванет вниз по улице, так что шины завизжат. Не успеют зрители разглядеть водителя — пышную черноволосую женщину, похожую на Изабель, — как автомобиль с грохотом врежется в стеклянную витрину углового магазина спиртных напитков. Конечно, стекло на самом деле вовсе не стекло, а сахарная пластина. Так же как и кирпичная стена — всего лишь разрисованный под кирпич пластик. Но на экране все будет выглядеть вполне достоверно. Женщина-каскадерша, «потеряв сознание», уронит голову прямо на руль, потом после соответствующей команды выберется из разбитой машины, а ее место займет Изабель и примет то же положение. После очередной команды ее «в бессознательном состоянии» вытащат из развалин. Ну и так далее.
Изабель понятия не имела, в какой части фильма происходит этот эпизод, и не потрудилась перечитать сценарий. Она подозревала, что он появится в фильме позже, для того чтобы занять те несколько минут, когда нет ни стрельбы, ни поножовщины, ни насилия.
Нет, «Война Роупера» ей не просто не нравится. Она ненавидит этот фильм. И Харт Джэрроу с самого начала его возненавидел.
Харт — сценарист, завоевавший первую премию Национальной академии, безусловно, был не только очень талантливым человеком, но к тому же и здравомыслящим — сочетание исключительно редкое в Голливуде.
К его советам Изабель всегда прислушивалась.
Они с Хартом соединились в апреле. Впервые в жизни независимая Изабель, всегда гордившаяся тем, что не нуждается в мужчине, по крайней мере в каком-либо конкретном мужчине, начала осторожно подумывать о замужестве.
Услышав о «Войне Роупера», Харт недоверчиво поднял брови.
— Не может быть, чтобы они думали об этом всерьез.
Дешевка, рассчитанная на дураков.
С этими словами он швырнул сценарий в другой конец комнаты, да так, что тот угодил прямо в корзинку для мусора.
— Что, это в самом деле так плохо?
— Просто дрянь. Забудь о нем. Ты не можешь себе позволить в этом участвовать.
На следующий день за ленчем в ресторане «Ма Мэзон» Изабель так и сказала своему агенту:
— Ничего не выйдет. Это не для меня. И не так уж мне нужна еще одна роль в этом году.
Последнее было сущей правдой. Она работала без передышки восемнадцать месяцев и теперь нуждалась в отдыхе, в настоящем, длительном отдыхе. Она подумывала о поездке в Южную Америку. Никогда там не была.
В последнее время ей вообще некогда было ездить.
Между тем она давно мечтала увидеть Рио-де-Жанейро.
Может быть, осенью они поедут вместе с Хартом.
Однако ее агент считал иначе:
— Подумай еще. «Война Роупера» произведет настоящий фурор. Не стоит упускать такую возможность.
С этим согласился и ее менеджер.
— Действительно, — сказал он. — Ты просто не можешь себе позволить упустить такую возможность.
— Что значит не могу себе позволить?! — взорвалась Изабель.
В минувшем году она заработала больше четырех миллионов долларов.
— Ну… я, конечно, не хочу сказать, что ты разорена, Изабель, но в последнее время у тебя были значительные расходы. И потом, я предупреждал тебя насчет покупки «феррари».
— Только не говори, что я не могу купить себе паршивый автомобиль!