Билли не знал, что делать. Все произошло так быстро. А что если мгновенное размножение повторится? Он вспомнил эпизод из "Звездного путешествия", когда ласковые зверьки, называемые триббли, на глазах захватили корабль. Он быстро представил себе, как Могваи закупоривают трубы у него в доме, лежат от стены до стены в каждой комнате и проходе, как одеяло из скулящих животных просит есть, и при этом они продолжают размножаться. А что если в большом количестве они становятся опасными? Если они захватят дома соседей, арестует ли полиция Билли за то, что от него все это пошло? А сейчас - что он скажет маме и папе? Он был неосторожен и нарушил правило, о котором предостерегал мальчик-китаец. Для Пита новые зверьки знаменовали богатство и славу. Билли они сулили лишь неприятности.
Когда Пит ушел, Билли долго собирался с мыслями, сидя на краю кровати и глядя на то, как пять новых Могваев достигают зрелости. Логично было бы немедленно рассказать родителям о случившемся. В конце концов, он совершил не такой уж ужасный поступок, просто ослабил бдительность на мгновение. Мальчик-китаец велел держать Подарка подальше от воды. Но китаец также говорил, что Подарок ел резиновые губки и картон, а эта информация оказалась неверной. Откуда он мог знать, что небольшая оплошность приведет к появлению пяти новых зверьков?
Хотя все было логично, Билли нужно было еще время на размышления. Он должен был хотя бы немного подумать о том, нельзя ли решить эту проблему самостоятельно. Пит внес одно ценное предложение. Следует как можно скорее отнести одного из Могваев к мистеру Хэнсону для научного исследования. Он также подумал о том, не заинтересуются ли этим существом какие-нибудь лаборатории или зоопарки. Конечно, в мире, где полно бродячих кошек и собак, можно пристроить пять новых Могваев в хорошее место.
Он уже твердо знал одно: ему не очень нравились новенькие. Казалось, они драчливы, неуправляемы и, по сравнению с Подарком, агрессивны. Когда они перестали расти, Билли нашел большую картонную коробку и поместил их туда, но они выразили свое недовольство заключением сердитыми жестами и оскалом зубов. Лидер новой группы казался несколько больше других, у него на голове стояла торчком полоска жесткого меха.
- Я назову тебя Полоской, ладно? - прошептал Билли, пытаясь завязать дружбу с новым Могваем.
В ответ Полоска быстрым ударом лапы сбил баночку чернил.
Когда они стекли с края столика для рисования. Билли с ужасом увидел, что часть жидкости попала на Полоску, Подарка и еще одного нового Могвая. Молча, с волнением, он смотрел на чернильные пятна, ожидая, что будет. Прошло некоторое время, но ничто не изменилось; они явно размножались только от воды.
- По крайней мере, одно облегчение, - вздохнул он.
Довольно скоро, когда стало ясно, что новенькие хотят есть. Билли спустился в кухню и принес им холодную курицу. В отличие от Подарка, который ел медленно и культурно, новые Могваи чавкали и жадно рвали еду, отплевываясь и пуская слюни из уголков рта. Когда они наелись, то стали громко отрыгивать, а потом играть друг с другом, плюясь кусочками еды.
- Слушай, Подарок, - сказал Билли, - может быть, ты можешь как-нибудь научить их вести себя прилично?
Печальные глаза Подарка подтвердили его худшие опасения.
К счастью, родители ушли ужинать в ресторан. Это означало, что он может оттянуть объяснение и у него по крайней мере есть время, чтобы понять, насколько трудно будет с этими новенькими. Он тут же узнал, что после еды их клонило в сон: наевшись и немного поиграв, пять Могваев свернулись в коробке и уснули.
Подарок, как и Билли, не спал, он смотрел на них. Его лицо выражало тревогу и печаль - те же чувства, что и в первые полчаса пребывания в доме Пельтцеров. Билли думал о том, ЧТО тот знал. Уголки его рта опустились от знания чего-то безрадостного или просто от ревности? Он бы отдал недельный заработок за возможность поговорить со своим пушистым другом, но это, конечно, было невозможно.
Размышляя о своей проблеме, Билли заснул. Но сон не принес отдыха, потому что его возбужденный мозг лишь нагнетал беспокойство. В одном кошмаре Могваи продолжали расти, пока не стали размером с его дом; в другом они изрыгали пламя и плевались крутящимися огненными каплями, которые прилипали к людям, как напалм.
Билли проснулся, на мгновение почувствовал облегчение и вдруг осознал ужасную вещь: было совершенно темно. Маленькая лампа на столе и еще одна на мольберте, оставшиеся включенными, когда он засыпал, теперь не горели. В комнате совсем не было света, кроме того, что пробивался тонким параллелограммом с улицы. Может ли быть, что обе лампы перегорели одновременно? Стараясь поверить в такое объяснение, Билли понимал, что все говорит против этого.
