- Это все, что ты можешь сказать? - спросил Билли, изумленный ее спокойствием. - Может быть, внутри каждого из этих шаров - чудовище, а тебя беспокоит ковер.
- Это видимость, - сказала она. - Конечно, я опасаюсь этого, но пока мы не выясним, что это такое, мы можем только наблюдать за ними. Это будет моей задачей на сегодня. А ты иди на работу.
- Хорошо, но мне кажется, нам надо запереть дверь, - ответил Билли.
- Не дури. Как ты тогда попадешь в комнату? Нам придется ломать замок.
- Мама, послушай, - сказал Билли твердо. - Я не уйду, если дверь не будет заперта.
- Ой, иди. Все будет в порядке, - Линн не смогла сдержать улыбку, думая о том, как он заботится о ней.
Балли покачал головой и протянул руку к замку.
- Послушай, - сказала Линн, схватив его за руку, - ты опаздываешь, а работу сейчас трудно найти. - Потом она добавила то, что, как она надеялась, могло убедить его. - Особенно такую, где ты работал бы с таким человеком как Кейт Беринджер.
Не прошло.
- Я не пойду в банк, пока дверь не будет заперта, - сказал Билли решительно.
- Отцу не понравится играть роль взломщика, когда нам нужно будет снова попасть в комнату.
- Но ему понравится, если ты останешься в живых, - парировал Билли.
Пожав плечами, Линн повернула ручку в положение "закрыто" и захлопнула дверь. Билли проверил ее и кивнул.
Когда они шли вниз, и Билли по-прежнему нес Подарка в рюкзаке, Линн не смогла сдержать неуместное замечание.
- А что если, - сказала она, - ну, предположим, то, что вылупится из этих коконов, окажется не просто чудовищем, но чудовищем достаточно умным.
Билли посмотрел на нее, не понимая.
- Я имею в виду, что если они умны, - продолжала Линн, - то они же сообразят, как просто повернуть замок и выйти.
Билли вздохнул. В том, что она сказала, была доля истины, но ему не хотелось думать об этом.
- Если они будут так умны, мама, - сказал он, - мне кажется, человеческому роду ничего не останется, кроме как сдаться.
Была пятница, канун сочельника, и во всем Кингстон Фоллз чувствовалось приближение праздника, вызвавшее у одних летаргию, а у других чрезмерную активность. В школе дети ерзали на стульях, столь же глухие к учению, как кошка к сарказму; работники, которым не досаждали те, кто отложил приготовления к Рождеству на последний момент, трудились рассеянно и с прохладцей, как человек, сидящий на диете, созерцает блюдо пареной моркови. Но в магазинах все было совсем подругому, поскольку лентяи или слишком энергичные люди, все те, кому не было покоя из-за нерешенной задачи, начали последний поход в поисках подарков. Наблюдая за ними, можно было заметить явное изменение их поведения по мере того, как бежали дни перед Рождеством. Дружелюбные, даже жизнерадостные и открытые вначале, теперь, в последний день покупок, они напоминали свирепых солдат или зомби, запрограммированных на выполнение какого-то задания невзирая ни на какие препятствия. Ведомые на добычу последних подарков отчаянием, они были устремлены к одной своей цели. Как самолет или корабль, движущийся в густом тумане или глубокой ночью, каждый из них был замкнутым миром, окруженным пустотой, единственным маяком впереди был смутный образ подарка - чего-то особенного, способного вызвать довольную улыбку у человека, у которого все есть, убедить того, кто начинает ждать Рождества с февраля, что ему нечего снова бояться разочарования, или, лучше всего, сделать так, чтобы никто не чувствовал себя обманутым.
Холодный ветер, предвестник нового снегопада, несся по Кингстон Фоллз, сбив набок букву "С" на рекламе Театра Колони, которая возвещала, что сейчас основной спектакль - "БЕЛО НЕЖКА И СЕМЬ ГНОМОВ". Никто не обращал на это внимания, да всем и некогда было взглянуть на вывеску второй раз. Сейчас было время принятия важных решений. На городской площади Пит Фаунтейн-старший, продавец рождественских елок, дрожал на холоде, понимая, что его бизнес снова близок к точке, откуда нет пути назад. Как долго еще он может поддерживать цены на таком высоком уровне? Это зависело, конечно, от того, сколько людей, надеявшихся на их снижение, боятся ждать дольше. Обе стороны знали, что теперь начнется игра на выдержку, в которой кто-то сдастся первым. Каждый раз, играя в эту игру, Пит-старший не мог предсказать, чем кончится дело. Три года назад он держал высокие цены до конца и был вознагражден появлением группы запоздавших, хотя и несколько сердитых покупателей; два года назад он держал высокие цены и остался с сотнями елок; в прошлом году он рано снизил цены и все равно не продал все деревья.
Размахивая руками, чтобы согреться, он заметил, как отец Бартлетт остановился на углу у почтового ящика и аккуратно опустил в него несколько пачек поздравительных открыток. Неужели он действительно думает, что они будут доставлены к Рождеству вовремя? Конечно, нет, хихикнул Пит Фаунтейн. Он знал, что все до единой эти открытки были адресованы тем людям, которые удивили отца Бартлетта неожиданными поздравлениями.
