В целом традиционная эскимосская семья, ее величина и структура были изначально обусловлены экономикой общества охотников и циклом времен года. Это была так называемая большая семья, состоявшая из супругов-стариков (или одного из них), женатых сыновей с женами и детьми, иногда и другими, более дальними родственниками. Часто несколько "больших семей" жило в одном зимнем доме, расходясь на лето по отдельным летним хижинам. Таким семейным сообществам легче было преодолевать трудности выживания в условиях Севера. Поддерживалось общее и единое производство: мужчины добывали зверя, изготавливали орудия труда, строили жилища, в то время как женщины сообща ловили рыбу, готовили еду, консервировали добычу. Неспособные к активному труду старики исполняли более легкую работу, воспитывали детей. Экономика такой семьи предполагала почти полное потребление продукта ее членами, таким образом, накоплений быть не могло. Здесь осуществлялось практически простое воспроизводство. Торговля шкурами имела лишь спорадический характер.
Раскол "большой семьи" начался в довоенный период, но всеобщий характер он приобрел лишь в 1950-х годах. Причиной этого процесса был рост товарной экономики и в немалой мере влияние примера датчан. Тем не менее, несмотря на сильно упавшее в последнее десятилетие среднее число членов семьи, оно остается вдвое бoльшим, чем в средней датской; при этом семьи в стойбищах крупнее, чем в городах и поселках. "Большая семья" ныне полностью исчезла; вообще совершенно явна тенденция сближения гренландского типа семьи с европейским. Хотя есть и заметная разница - она выражается в устойчиво большом количестве детей у эскимосов. Довольно высоко по сравнению с европейскими показателями и количество матерей-одиночек, причем больше всего их среди горожанок.
Проблема миграции населения в Гренландии еще исследована недостаточно. Пока определены только масштабы внутреннего переселения - они довольно значительны. Необычно большой размах миграции является результатом двух процессов. Во-первых, это выражение экономически обусловленной тенденции к переселению в город, после того как захирел зверобойный промысел. Во-вторых, это результат целенаправленной демографической политики концентрации населения в течение последних тридцати лет, недвусмысленно сформулированной в "Плане Г-60": "Для создания на острове современного промышленного производства необходимо сосредоточить население в нескольких городах, таким образом будут достигнуты выгоды укрупненного производства и оптимального использования техники. Концентрация населения - необходимое условие и для того, чтобы сделать экономически и технологически достижимым предоставление населению коммунальных удобств в нужном объеме и качестве. Поскольку население наиболее нуждается в помощи именно при переезде в город, нужно ее оказывать, сократив для этого инвестиции стойбищам".
При этом особое внимание уделялось четырем незамерзающим портам: Готхобу, Фредериксхобу, Суккертоппену и Хольстейнборгу. Отсюда можно сделать вывод, что датско-гренландская администрация применяла в демографической политике прежде всего экономические рычаги. Труд городского населения и оплачивался лучше. Однако в отдельных случаях применялся и более жестокий прием - в стойбища переставали поступать средства на социально-бытовые нужды, власти "забывали" о необходимости их экономического развития, технического перевооружения производственных отраслей, банковские конторы отказывали в ссудах, когда рыбаки хотели провести эти усовершенствования за свой счет, закрывались магазины и т.п.
