Его тяжёлые атаки сокрушали почву под ними. Посох сотрясал всё вокруг, и в один момент остров развалился. Пришлось прыгать к самому ближайшему. Валтейн кое-как до него добрался, ухватился за выступ в последний момент, после подтянулся и поднял взгляд.
Катастрофа уже ждала его:
— Хватит этого. Античная перестройка. — произнёс он, после чего поверхность под ними перестроилась во что-то иное. Старый, замшелый камень теперь находился под ногами, вокруг создались невысокие стены, а где-то выдвинулись колонны. Это напоминало... Самую настоящую арену.
— Чтоб тебя... — такими темпами его не победить.
У них слишком большая разница в силе и опыте. Что делать? Каким образом можно поколебать решимость оппонента? Если ничего не сделать, его подавят и... Сотрут в порошок его сознание. Ему даже стоять удаётся на чистой силе воли. Чем дольше шла битва, тем больше путник терял себя в этом чёртовом потоке вражеского сознания.
В каком бы бедственном положении он ни находился, желания отступать не имелось. Внутри него Эго разгоралось пуще прежнего, оно рвалось в бой, не хотело сдаваться, не хотело даже мыслить о том, что они могут пасть на колени окончательно.
Оппонент рванул к нему. В этот раз не телепортировался. Любопытно, есть какие-то условия активации его способности? Ну, Валтейн не имел достаточно информации, чтобы делать выводы, а потому бросился навстречу. Новое столкновение, от которого сознание человека вновь чуть ли не улетело куда-то далеко. Но, вобрав в себе силы, путник совершил контратаку. Добрался в этот раз до живота соперника. Поколебало ли его такое? Отнюдь. Пнул так, что тот отлетел на пару метров.
Кое-как подавив импульс, воин остановил себя руками. Его пальцы буквально вонзились в пол, пробороздили его. Отдохнуть долго не дали, уже перед его глазами возник посох. Прямое попадание, мозги тряхнуло основательно, на секунду в глазах потемнело.
Только путник не собирался отрубаться после этого и заставил свою тушу подняться. Его кулак поразил грудь противника, затем ещё и ещё раз. Что сказать? Ему влетело с такой мощью, что нагрудник распался, а его отбросило к границе арены. Внутри всё свернулось несколько раз, во рту проявился привкус крови.
Кажется, эти ощущения воспроизводит его разум. Это логические последствия после такого. Но... Валтейн отказывался от них, он вновь встал на ноги. Пасть сейчас нельзя. Он обязан добиться своего, чего бы это ни стоило.
Стиснув кулаки, внутри него что-то надломилось. Он слегка поддался вперёд от мимолётной слабости. Неясно. Непонятно, внутри стало тяжко.
— Ты даже не приобрёл вооружение Эго. Что с тебя взять? Ты достиг нынешней силы каким-то невероятным чудом. Так о каких изменениях в мире ты можешь говорить? — враг врезался в него, прижал плечом к стене арены. Та позади него покрылась глубокими трещинами. — В тебе есть воля, в тебе есть стержень, но нет ничего реального. А потому... Растворись.
Его вышибло из стены, он оказался в свободном падении. Путник хотел ухватиться, но не успел. Он летел куда-то вниз, далеко-далеко. Чёрный силуэт противника отдалялся. Белый крест, чёртов белый крест.
Валтейн протянул вверх руку, словно бы пытаясь коснуться оного, однако... Бессмысленно. Он проиграл и теперь... Весь разум скрылся во тьме...
Резонанс закончился. Наступила реальность. Малая Катастрофа стояла на прежне месте и смотрела на поверженного. Теперь его рассудок полностью подчинён. Конечно, он мог действовать немного осторожней, однако не желал тратить слишком много времени. С такими лучше заканчивать подобным образом.
Путник сидел во тьме без движений. Он утратил рассудок.
Сам же правитель руин не собирался пребывать здесь вечно. Он последовал в место, откуда некогда вышел к этому путешественнику. В этой тьме был ещё один проход. Пройдя в него, оный оказался в длинном коридоре. Тот не обладал какими-то изысками. Под ним просто валялся костный порошок.
Добравшись до самого конца, победитель вышел к большим и массивным дверям. По обе стороны от них находились ещё одни пути. Впрочем, ему туда не нужно... Пока что.
Его ладони коснулись древней поверхности, после чего раздался грохот. Двери начали открываться с диким скрипом. С потолка посыпалась пыль с песком. Вот и оно. За ними открылось большое пространство, освещённое слабым голубым светом. Древний тронный зал, в центре которого, на выцветшем красном ковре, прямиком вонзённым в пол, располагался какой-то клинок.
Только его нога ступила в помещение, как он резко развернулся. Во тьме стоял знакомый силуэт.
— Я не давал тебе приказа следовать за мной. — произнёс он. Такого не могло быть. При поражении в резонансе, ни у кого нет шансов проявить своё прошлое Эго, свою волю... — Убирайся. — тело путника дрогнуло, оно хотело подчиниться, но вот... Что-то не позволяло, что-то сопротивлялось внутри него. — Я сказал тебе убираться.
И снова нет результата. Правитель руин не мог понять. Он подавил чужое Эго, отправил в полное небытие, так в чём же...
