Шажков сочувственно покивал, не желая развивать полемику, и спросил Максима: «Тебе понравилось, Макс?»
— Хорошо, только очень громко.
— Ну, привыкай. Подрастешь, будешь вживую слушать рок. Там погромче бывает.
— Там все время громко, можно привыкнуть. А здесь — неожиданно громко.
— А ты кем хочешь быть-то, — переводя разговор на другую тему, спросил Шажков.
— Ещё не решил, но скорее всего — пианистом.
Лариса Яковлевна и Совушка переглянулись и засмеялись.
— Только я бы по-другому сыграл, — раздухарившись, продолжал мальчишка.
— А как? — хором спросили женщины.
— Я бы, — Максим торжествующе оглядел всех, — оркестр сделал в два раза тише, а лучше бы совсем выключил.
— Ну-у, Максимыч, — разочарованно протянул Валентин, — во втором отделении ведь вообще фортепиано не будет, один оркестр. Если его выключить, будем слушать тишину.
— Какое прекрасное произведение мы сейчас будем слушать! — восхищенно цокнула языком Лариса Яковлевна. — Ну вы тут, мужчины, поговорите, оботрите, как говорят в современном мужском кино…
— Перетрите? — уточнил Шажков.
— Да-да, перетрите тут, а у нас с Софьей Михайловной деловой разговор есть.
— Сегодня воскресенье, — вполголоса проворчал Валентин, но его услышали: «Ай-ай, Валентин Иванович, мы же и по женским делам идем».
— Ну что, будем перетирать? — без энтузиазма спросил Шажков Максима.
— Не хочу я перетирать, — неожиданно заявил он, — и вообще, я вам соврал. Никаким пианистом я не хочу быть. Это она хочет.
— Ну а ты?
— Я хочу бизнесменом быть. А если в музыке, то только дирижёром.
— Командовать любишь?
— Люблю, но учиться надо.
— Так, может, тебе в армию? Генералом станешь.
Максим посмотрел на Валентина таким взглядом, что стало ясно: авторитет безвозвратно утерян.
— Пойду я на свое место, — сказал Максим, — можно?
— Не знаю.
— Вам же не приказывали меня стеречь.
— Нет. Ладно, валяй. Ты парень способный, не пропадешь.
Максим отошёл и тут же исчез в толпе. Шажков двинулся по анфиладе и вдруг увидел впереди себя идущих под руку Совушку с Ларисой Яковлевной.
— Милая, он любит детей, это видно. Как он Максима к себе расположил. А ведь мальчик не сахар. Непростой мальчик.
Шажков свернул в сторону и не слышал, что ответила Софья. Пройдя ещё круг, он вернулся на свое место. Скоро подошла и Совушка. Вид у неё был расстроенный.
— Что-нибудь случилось, Сова? — спросил Шажков.
— После концерта мне нужно будет с Ларисой Яковлевной уйти. По работе.
— Серьёзно? А что можно делать по работе воскресным вечером?
— Я сама виновата, — как бы не слыша Валентина, продолжала Софья, — обещала подготовить текст выступления декана на коллегии. Коллегия завтра. Материалы у Ларисы Яковлевны. Вот и весь расклад.
— А если бы ты не встретила её сегодня на концерте?
— Тогда завтра мы получили бы с ней нагоняй с очень неприятными последствиями. Извини — виновата. Исправлюсь.
— Сова, а что эта твоя начальница не может материалы по электронной почте выслать? Мы бы сейчас пошли, и я в два счёта состряпал бы это выступление. У меня ведь большой опыт. Декан твой ноги тебе будет целовать и прихваливать.
— Спасибо, Валя. Я сама в два счёта подготовлю выступление. Да и ноги предпочла бы, чтобы не декан целовал… А электронной почты у неё нет, у Кривицкой, да и вообще компьютера. Старая она.
