Пришлось рассказывать, как пыталась учиться, как искала и находила работу. Как все время не везло с руководителями, которых медом не корми, дай забраться к ней под юбку.
И к этому ведь прицепились, решив, что она проститутка. Снова подыскивала слова, чтобы подоходчивее объяснить этим умненьким и правильным, что не то у нее в этой жизни предназначение.
Ага! Будто и говорить с ней больше не о чем, будто только для того ее сюда и привели, чтобы в душе ее ковыряться да изъяны находить. Но не так она проста и наивна, чтобы выворачивать им все наизнанку. Взяла и брякнула, что мечтает продолжить обучение, что хочет быть бизнес-леди. И зачем выдумала подобную чушь, спрашивается? Ведь эта прокурорская красивая стерва тут же прицепилась, тут же впилась клещом.
– Знакомство с Кагоровым было для вас путевкой в новую жизнь?
И глазами сверлит, сверлит. Кажется, до самых почек уже добралась. И зачем брякнула про бизнес-леди, идиотка?! Лучше бы сказала, что врачом хочет стать. Хотя…
Скользкая тема. Врачом хочет стать? Стало быть, тягу имеет к медицине. А тяга к медицине подразумевает разносторонний интерес, среди которого и интерес к медицинским препаратам. А там уж и до ядосодержащих медикаментов рукой подать.
Нет, лучше уж пускай бизнес-леди будет. Хлопот с ней меньше.
Таисия глянула на мужчину, не сводившего с нее глаз, и слегка улыбнулась.
– Кто же знал, что он Кагоров-то? Просто познакомилась, и все.
– Как? При каких обстоятельствах состоялось ваше знакомство?
– Голосовала как-то на обочине. Он остановился, принял за проститутку.
– …Она тут же прикусила язык, вспомнив их пристальное внимание к роду ее деятельности. – Потом извинялся. Но подвезти вызвался. Вот и познакомились.
– Он что же, не представился?
– Нет, почему. Назвался Дмитрием. Я свое имя ему сказала. Но фамилий никто ни у кого не спрашивал. Зачем? Если виделись первый и последний раз в жизни?
– То есть вы хотите сказать, что ваше знакомство не имело продолжения? – аккуратная левая бровь следовательши полезла вверх.
– Нет.
– Хм-м… – она недоверчиво скривила красивый рот. – Позволю себе вам не поверить, Таисия. По имеющимся у нас сведениям, ваше знакомство не было одноразовым. Оно имело продолжение, и логическое его завершение состоялось как раз в новогоднюю ночь.
– Что вы хотите этим сказать?! – Таисия растерянно заморгала.
Тут же перепугалась, спохватившись. Сейчас как начнут орать на нее и говорить, что в этом кабинете вопросы задают они, а ей не позволено. Так обычно ведь бывает, разве нет? Но на удивление следователь снизошла до пояснений.
– Вы продолжали встречаться с Кагоровым после вашего с ним знакомства на дороге. И встречи ваши носили постоянный характер. И даже более того, подозреваю, что между вами было все очень серьезно.
– Это не так! – перебила ее Таисия, забыв о протокольных приличиях. – Когда он зашел со своей женой в гостиную в новогоднюю ночь, я увидела его во второй раз в своей жизни!
– И прямо во второй раз увидев его, вы тут же поспешили с ним уединиться под лестницей? Прямо на глазах у изумленной публики и его жены? – голос красивой стервы в погонах сделался сухим и жестким, как щелчок запора на двери ее камеры. – Что скажете?
– Не было никакой изумленной публики! – огрызнулась Таисия, с сожалением отодвигая чашку с кофе, к которой так и не успела прикоснуться, ограничившись сигаретой. – Все к тому времени уже рассосались по углам.
– Все – это кто?
– Да все! И его жена в том числе!
– А она с кем уединялась?
– Она?…
Таисия закусила губу. Вот и поставили ее перед выбором. Выбирать оказалось сложновато. Предстояло выдать свою сестру, которую увлекла в крохотный коридор Кагорова. С которой потом и вернулась оттуда. После чего у Надьки глаза оказались заплаканными. Ведь начнут тогда и к Надьке цепляться наверняка. И неизвестно еще, что нацепляют. А сестрица может еще и пригодиться. Хотя…
Хотя сестрица-то до сей поры не нашла времени, средств и возможности навестить ее в тюрьме. А могла бы, между прочим. Еще как могла, имея такого крутого муженька. Не захотела? Конечно, не захотела. Сначала не захотела обнародовать их родство, а потом и вовсе отвернулась, когда ее уводили из дома.
Зачем же теперь-то Надька станет ей помогать, когда она в тюрьме?
Вывод напрашивается? Да, конечно. Зачем ей, Таисии, помогать сестре, которая не захотела помочь ей?!
– Так с кем уединялась жена Кагорова? – нетерпеливо повторила Наталья Евгеньевна, не подозревая о душевной ломке Таисии.
– Она… Она уединилась с моей сестрой.
– С кем?!
Это ахнул у нее за спиной тот самый мужчина, который любезно предложил ей сигарету. Он же и уточнить решил, спросив:
– У вас среди приглашенных и сестра нашлась?
– Она и не терялась. Она сама по себе пришла, с мужем, я сама по себе. Меня подруга хозяина дома пригласила.
– С какой целью?
– Повеселиться и…
И вот тут Таисия вдруг решила, что все, хватит изворачиваться, пора начинать говорить правду, иначе эти двое из нее всю душу вытряхнут. Она тогда запросто может запутаться, и они тоже из-за ее вранья вылепят, мама не горюй…
