– Как ни веди, все равно не понравишься, – авторитетно заявил Лесовский и полез за сигаретами в стол. – Я покурю в форточку, Наташ?
– Валяй, – расстроившись его заявлению, позволила она. – А почему это я ей не понравлюсь? Что во мне такого не такого?
– Да все так, просто ты сына уводишь со двора, это и есть самая объективная причина для нелюбви. Замужем побывала, а опыта не обрела. Эх ты!
Лесовский распахнул форточку, и по кабинету мгновенно пополз промозглый холод. Не хватало ей снова простуду подхватить! Наталья поежилась и ушла от окна подальше. Ну почему Никита не звонит ей? Почему?…
– Так что ты там надумал, Володя? Кто, кроме Виктора Ивановича Заболотнева, мог иметь доступ к «Тойоте» друга и кто мог иметь мотив для двойного убийства и одного неудавшегося покушения?
– Мы с тобой, Наташ, совсем упустили из вида двух женщин. Первая – Заболотнева Александра, бывшая хозяйка дома. Вторая… Это отвергнутая Заболотневым пассия – Елена. И одна и вторая имели доступ к гаражу. И могли воспользоваться чужой машиной. И если у первой – то есть у Заболотневой, мотива не просматривается, то у отвергнутой любовницы он очевиден.
– Месть?! – ахнула Наталья.
– Именно! Почему не отомстить старому козлу, извини уж за прямоту, который выставил ее из дома буквально на глазах у всех? Почему не подставить его? Вот она берет машину его друга, едет к Павлу, предварительно, допустим, договорившись о встрече…
– Постой! Но ведь Сахаров Сергей Васильевич утверждал, что убийцей был мужчина.
– Или переодетая женщина. Нацепи-ка на себя лишних тряпок килограмма на четыре, чтобы толще выглядеть…
– Ну да, ну да.
– И убиты ножом, не стоит упускать это из виду, как раз ее друзья. Таисия и Павел были друзьями Елены. Это она их пригласила в новогоднюю ночь в дом к Заболотневу. Была с ними близка, знала их привычки…
– Могла беспрепятственно войти в квартиру, – подхватила Наталья, вспомнив слова Кагорова о том, что дверь в квартиру Таисии была не заперта.
– Что? – Лесовский выбросил окурок в форточку и поспешил ее закрыть.
– Так я ничего, Володя. Мотив у нее? Да – месть. Взяла машину, что стояла в гараже у бывшего любовника, подставила его тем самым. Что станем со всем этим делать? Фактов много, но все разрозненные, подозревать можно каждого участника, каждого гостя, оставшегося в живых. И даже Кагоров не снят с подозрений. Мог покушение на себя и подстроить. Так ведь?
– Да запросто! – обрадовался Лесовский, наконец-то она услышала его, наконец-то согласилась. А то все против и против.
– Что делать станем? Сроку у нас с тобой три дня осталось.
– Два из которых уйдет на сватовство, – поглумился Лесовский с кислой миной. – А давай-ка мы им всем очную ставку устроим.
– То есть ты хочешь сказать…
– Именно! Соберем всех в доме Заболотневых. Воссоздадим ситуацию новогодней ночи. И начнем подпирать их фактами. Такой прием, между прочим, срабатывал неоднократно.
– Думаешь, начнут валить друг на друга, и правда все же всплывет? А начальство? Пойдет на это?
– Так убеди его! А так мы с тобой не то что за три дня, за три месяца эту бодягу не расхлебаем. У меня еще, между прочим, полторы сотни машинок по списку. А у проверенных алиби почти ни у кого нет. Можно смело всех подряд подозревать. Давай, Наташ, действуй. Или так, или никак…
Александра стояла на пороге дома, вернуться в который когда-то рвалась, и с тоской смотрела на дорогу. Вот-вот должны были привезти Митьку Кагорова из больницы. Почти все уже собрались, а больничной машины все не было.
Она его очень ждала, очень. Так много хотелось сказать ему. И главное, убедить, что она совсем не обиделась, застав возле его больничной постели молоденькую дрянь. И что вовсе не ревнует его к Таисии, хотя и не давала покоя тошнотворная мысль о том, чем он мог там с ней заниматься, застань он ее в живых.
Она заведомо прощала ему все, лишь бы он снова повторил то, что шептал ей в ее кухне.
Виктор как на грех был сама любезность. Такой предупредительностью даже в медовый месяц не страдал. А ее с души воротило от его «Муси».
– Александра меня зовут, понял! – не выдержала она минут через двадцать общения с ним. – Не Муся я, не Дуся, а Саша!
– Хорошо, хорошо, ты только не нервничай, Му… милая, – быстро поправился ее бывший муж, с которым до сих пор так и не успели оформить развода.
Пассия Витькина, между прочим, тоже заявилась. Расфуфыренная вся, будто на презентацию явилась, а не на очную ставку.
Вот дура. Думает Витьку назад вернуть? Так бесполезно это. Александра, когда слонялась без дела по дому, приехав раньше всех, зашла в свою бывшую спальню и тут же наткнулась на чужое нижнее белье в кресле возле окна. И размеры этого белья ну никак не подходили к худосочной Ленке. Стало быть, Витек в одиночестве не страдает. Новую утеху себе нашел. А она – Ленка эта – с ночи, наверное, кудри завивала и над макияжем трудилась.
Ну-ну, может, кто и позарится из присутствующих. Милиционеров много, опять же представителей из прокуратуры. Кое-кто и с адвокатом явился. Можно и ему себя предложить, профессия денежная.
