Аврора поняла, что сидит в центре длинного стола, во главе зала, зажатая между Родриком и Изабель. Девочка была одета в простое платье с драгоценными камнями в волосах. Она смотрела на переполненный зал восторженным взглядом, со слишком большим благоговением. Аврора сжимала её руку под столом. Король и королева сидели по другую сторону от Родрика, за ними — принц Финнеган со свитой. По крайней мере, ей не придётся улыбаться ему во время еды или сидеть рядом с королём, зная, что тот натворил.
Слуги принесли мясо, богатые соусы и птицы, щедро посыпанные пряностями, орехи, о которых Аврора и не слышала, и каждый раз, когда винные чаши начинали пустеть, принц Финнеган призывал выпить ещё раз, пока все не стали краснолицыми и смеющимися. Она ела, склонив голову над тарелкой и слушая бездумную болтовню. Время от времени кто-то спрашивал её о прошлой жизни, но она лишь улыбалась и замечала, что её не сравнить с этой, и этого было достаточно, чтобы все смеялись ещё полчаса, бессмысленно сплетничали, пошлили и пили. Только Родрик и королева были спокойны. Королева и не пригубила вина, но не оставляла чашу пустой, а Родрик не прикасался к кубку вообще.
— Помните время, — с громовым смехом заявил Джон, — когда сэр Меррик думал, что видел в лесу дракона?
— Он был так пьян, что едва держался на лошади!
— Он скакал несколько часов в неправильном направлении, убеждённый, что тот хочет его съесть и украсть сокровища его семьи?
— Что с ним случилось? — спросил Финнеган. Несмотря на то, что он продолжал требовать напитки, он был куда устойчивее других. Аврора не была уверена, что видела, как он вновь наполнял чашу.
— Ничего. Дурак. Просто пожар в лесу! Крестьянин, право слово! Тень оленёнка, а он дрожит!
— Неужели это был дракон? — спросила Аврора.
— Нет, — отозвался Финнеган. — Алиссайнии повезло. Драконы не перелетят воду, ибо они — сокровища моего королевства и не оставят его. Тысячу лет мы жили без них, но они проснулись и затопили небо, словно мир ждал их. Скорее всего, как ты теперь, как мне показалось.
Аврора покраснела, но не смогла ответить из-за смеющегося короля.
— О, наша Аврора так страшна! Одна улыбка, и мир перед нею на коленях! — Дворяне вокруг расхохотались, а Финнеган милостиво кивнул. Конечно, он специально всё сказал. — Но не стоит говорить о столь страшных вещах! Мы должны праздновать! Моя дорогая, когда будет музыка?
— Скоро, — ответила Айрис. — Музыканты из замка, увы, заболели, поэтому пришлось искать замену. Немного необычную, должна сказать…
— Я предложил свою помощь, — хмыкнул Финнеган. — Я слышал странствующую музыкантшу в ванхельмском дворце и в Петрикоре, и не мог отказать себе в удовольствии. Это не традиционная музыка, а некое слияние старого и нового. Объединение гласит приход новой эры.
— В самом деле! — хмыкнул король. — Хочу, чтобы певица развеселила нас. Неправильный банкет без музыки! И молодым надо танцевать…
— Она должна быть найдена в городе, — ответила Айрис. — Уверена, скоро всё начнётся.
После ещё одного блюда стража подошла к царю, высокие фигуры, скрытые в толпе. Рассмотреть можно было лишь чёрные волосы.
— Представляем исполнительницу для сегодняшнего торжества, Ваше Величество.
Крапива вышла из толпы, чёрные волосы были закреплены на затылке. Аврора не видела певицу с того вечера в «Танцующем Единороге», когда они сидели под дождём. Она почувствовала ужас от увиденного — словно та проскользнула в тюрьму Авроры и стала еще одной узницей.
Крапива присела в изящном реверансе, её юбки растекались вокруг ног, она держалась так, что даже король с интересом смотрел на неё. Но она и не взглянула на Аврору.
— Давай, дорогая! — хмыкнул король. — Как тебя зовут?
— Меня называют Крапивой, Ваше Величество.
— Необычное имя, — отозвалась королева. — Откуда ты?
— Из Эки, — она ответила со вторым реверансом. — Давным-давно была там.
— Моя дорогая Крапива! — Финнеган поднялся на ноги. — Рад вновь видеть тебя. Обещай, что ты ослепишь этих скептиков современной музыкой, да?
Она подняла голову и, увидев Финнегана, улыбнулась искреннее.
— Обещаю, что постараюсь.
— Отлично! — Джон зааплодировал. — Давайте танцевать! Родрик, уверен, ты хочешь потанцевать с невестой! Поражён, что вы держались друг без друга так долго!
Родрик танцевал плохо, кланялся, одной рукой едва-едва придерживая её за талию. Он смотрел вперёд, выше Авроры, в никуда, и повёл её неуклюжими шагами. Лоб сморщился от концентрации.
— Всё в порядке? — спросила она, когда он наступил ей на ногу.
— Не совсем. Все смотрят.
Она молчала, позволяя ему кружить её вокруг себя. Она смотрела через его плечо, глядя, как вращались стены. Музыка Крапивы обвернулась вокруг них. Болезненный удар. Менее честный и более сдержанный, но в этих стенах… Или, может, Авроре показалось. Она слышала эту песню, но ноты изменились, слишком громкие, слишком неправильные и формальные для танца. Звуки медовухи и пыли, улыбки в темноте. Они не для прямых спин и неловких принцев, правил и улыбок, которые не соответствуют вечеру.