Боскасл был вынужден признаться себе, что ее удивление искреннее. Он понизил голос, несмотря на то что черная хищная птица ревности продолжала яростно махать перед его лицом своими крыльями.
– У тебя есть еще один любовник, Элоиза?
– Есть еще – кто? – Элоиза вытаращила на Дрейка глаза с таким видом, словно она только что разгадала какую-то древнюю тайну. – О! Теперь я, кажется, понимаю, в чем дело. Ты пытаешься избавиться от меня, обвинив меня в том, в чем виноват сам.
Дрейк подтолкнул ее к подоконнику.
– Тебя не должно касаться, что делаю я, – сказал он угрожающе. – Что ты делала прошлой ночью?
– Ты напился, что ли, Дрейк Боскасл? Прошлую ночь я провела с тобой.
Дрейк поднял голову. За приоткрытой дверью почти неслышно промелькнула пухлая тень миссис Барнс. Он быстро подошел к двери и с грохотом захлопнул ее. Миссис Барнс издала удивленный, но сдавленный возглас.
Элоиза прошла в центр комнаты, глядя на Дрейка с таким видом, будто он сбежавший из психиатрической больницы сумасшедший. На одно мгновение она даже представила себе, как берет стул, замахивается им и обрушивает его на голову Дрейка. Возможно, именно такая встряска ему необходима.
– Да что с тобой случилось? – осторожно спросила она, обходя стол.
Дрейк быстро приблизился к Элоизе.
– Перед моим приходом сюда прошлой ночью тут был или не был мужчина? Тот, который ушел отсюда в темноте через садовую калитку?
Элоиза продолжала смотреть на него, ее мягкие красные губы слегка приоткрылись от удивления. «Отрицай мои слова, – твердил он про себя. – Только не говори, что это правда. Солги мне. Объясни мне все какой-нибудь ерундой. Я поверю любой сказке».
– Откуда ты об этом узнал? – спросила Элоиза после долгой паузы.
Он заморгал: такой реакции Дрейк совсем не ждал. Ни жалкой попытки обмануть его, ни намека на какое-то разумное объяснение. Все утро Боскасл представлял себе, как начнется их разговор, убеждал себя держаться спокойно. И он даже почти убедил себя в том, что братья поспешили с выводами. Дрейк даже представлял себе, как Элоиза потешается над его словами, объяснив ему присутствие чужого мужчины в доме какой-то простой причиной.
Первоначальная боль, вызванная словами Элоизы, быстро перешла в неуправляемый гнев.
– Кто это был? – загремел он, напрочь забыв о собственном намерении держать себя в руках. – Кто этот человек? Ты собираешься быть и его, и моей любовницей, одновременно?
Элоиза побледнела.
– Ничего подобного. – Обойдя Дрейка, она подошла к двери и приложила к ней ухо.
Через мгновение Элоиза громко застучала в дверь и сердито проговорила:
– Я знаю, что вы подслушиваете, миссис Барнс. И ты тоже, Фредди. Немедленно уйдите отсюда.
Дрейк тем временем сорвал с себя перчатки и утренний сюртук на шелковой подкладке. Упав на диван, он сложил на груди руки. Но он и минуты не мог посидеть спокойно. Поэтому он встал. Однако, встав, он был не в состоянии оставаться на месте и принялся мерить шагами комнату. Затем снова сел. Удивительно, как ему удалось понизить голос до низкого рыка, когда он вновь обратился к Элоизе:
– Кто это был?
– Человек, с которым я была обручена шесть лет назад, – нахмурившись, ответила она.
Дрейк тут же сам нахмурил брови. Да какое она имеет право хмуриться, глядя на него? Это ведь к ней тайно приходил мужчина.
– Ты никогда не говорила о нем прежде, – заметил он.
За дверью раздался голос Фредди:
– Я слышу крики в вашей комнате. С вами все в порядке, мисс?
– Да, все хорошо, – раздраженно отозвалась Элоиза.
Фредди откашлялся.
– Миссис Барнс хочет убедиться и в том, – добавил он, – что с лордом Дрейком тоже все в порядке.
– Все отлично, дьявол побери! – зарычал Дрейк, скрежеща зубами. – А теперь убирайтесь!
– Вот еще, – зазвучал голос миссис Барнс, которая вслед за этим застучала в дверь. – Я требую, чтобы мне объяснили, что происходит в этой комнате.
– Не суйтесь не в свое дело! – хором крикнули Элоиза с Дрейком.
За дверью раздался возмущенный вскрик. Потом они услышали голос Фредди, утешавшего экономку:
– Ну будет вам, миссис Барнс. Не плачьте.
Дрейк воздел руки к потолку.
– Господи, можно ли спокойно поговорить о личных делах в этом доме?
– Едва ли можно сказать, что мы вели «спокойный» разговор, – парировала Элоиза. – К тому же ты кричал и хлопал дверью, вот слуги и пожелали узнать, что же за безобразия здесь происходят. Они же боятся, что ты окончательно рассвирепеешь.
– Это вполне может произойти, если ты не ответишь на мои вопросы.
Элоиза открыла рот. Дрейк вперил в нее пронзительный взгляд.
– Объясни мне все. Я слушаю. Ты собиралась сделать этого человека своим любовником?
– Нет, никогда.
– У тебя с ним какие-то дела, отношения?
Элоиза покачала головой.
– Ну ты же умный человек, Дрейк, – промолвила она. – Ты должен сам найти ответ на этот оскорбительный вопрос.
Боскасл молчал. Он не чувствовал себя умным. Скорее он казался себе полным идиотом, не способным трезво размышлять о чем-то из-за терзавшей его ревности. К тому же Элоиза так и не ответила на его вопросы.
– Да кто же он, дьявол побери?
