Он долго молчал. Что будет дальше? Он может иногда наезжать в Роузвуд или время от времени они будут тайно встречаться в Лондоне. Она смотрела на полог пустыми глазами, слезинка скатилась по ее щеке. Нет, он не допустит, чтобы жестокая реальность нарушила волшебство, связавшее их. Он наклонился и поцеловал ее в кончик носа.
— Я что-нибудь придумаю, Лорен. Найду какой-нибудь выход. — Стараясь ее утешить, он потянулся к ее губам.
Они снова ласкали друг друга, охваченные безумной страстью, но когда часы на камине пробили три, Алекс спустился с неба на землю и, оторвавшись от Лорен, поднялся с постели.
Они ехали к Рассел-сквер в полном молчании. Алекс обнял ее, а Лорен положила ему голову на плечо. Улыбка не сходила с ее губ, и Алекс не мог оторвать глаз от красавицы, которую держал в объятиях. То, что произошло между ними, было самым совершенным телесным актом любви, который он когда-либо испытал в своей жизни. Женщины и раньше пылко отвечали на его ласки, но ни одна не вознесла его к вершинам истинного блаженства. Он лишил ее девственности. Стал ее первым мужчиной. Сам этот факт потряс Алекса. В нем заговорило мужское начало. Своего рода гордость. Лорен принадлежала ему. Только ему.
Когда карета остановилась на Рассел-сквер, в глазах Лорен появилось какое-то странное выражение. И Алекс, вдруг ощутив, что теряет ее, занервничал. Ведь он даже не успел сказать Лорен, что в иные моменты сгоряча говорил ей обидные вещи. Что никогда плохо не думал о ней.
— Лорен, нам нужно поговорить. Я…
— Я люблю вас, Алекс. И не надо ничего говорить, — прошептала Лорен. — Я знаю, какова правда, но эта ночь принадлежит нам. Пожалуйста, не нарушайте очарования.
И столько мольбы было в ее взгляде, что Алекс не посмел возразить и с тяжким вздохом вышел из кареты. Затем помог выйти Лорен. Она бросила взгляд на особняк, и Алекс снова почувствовал, что теряет ее. Он в отчаянии схватил ее за руку.
— Я должен вас снова увидеть. — Она хотела что-то сказать, но он не дал ей. — Выслушайте меня. Я только хочу… — Слова замерли у него на устах. Чего он хочет? Черт побери, чего же он все-таки хочет? — Давайте встретимся завтра, — взволнованно проговорил он. — Сад Воксхолл, девять часов, маленький фонтан у входа. Вы знаете этот фонтан? Скажите Хиллу, что хотите навестить леди Дарфилд. Обещайте, что придете. — Он говорил быстро, взволнованно, сердце сжималось от безотчетного страха. Страха потерять то, что он обрел нынешней ночью.
— Я непременно приду, — прошептала Лорен и, став на цыпочки, поцеловала его в уголок рта.
Потом усмехнулась, высвободила руку из его пальцев, повернулась и решительно направилась к двери.
— Не опаздывайте! — громко прошептал он ей вслед.
Она бросила ему через плечо манящую улыбку и покачала головой. Он смотрел, как она быстро идет по дорожке и входит в дом, и воспоминание об этой улыбке навсегда врезалось ему в память. Как странно, подумал Алекс, ведь он с радостью вынесет адский пламень, лишь бы увидеть хотя бы мельком эту улыбку. Какая ирония судьбы, что он так далеко зашел.
Охваченная блаженством, Лорен вошла в темный вестибюль и тихонько закрыла за собой дверь. Никогда еще она не была так счастлива. Ничто не предвещало этого волшебства — быть любимой Алексом; при восхитительном воспоминании об этой любви она ощущала покалывание во всем теле. Лорен выскользнула из плаща и потерлась о него щекой, вспоминая прикосновения его рук.
— Понравился спектакль?
Она испуганно повернулась и уронила плащ. Рядом с доспехами в тени стоял Пол.
— Ты меня испугал! — Она с улыбкой наклонилась за плащом.
Пол оставался серьезным.
— Берген ждал тебя, пока не стало ясно, что из оперы ты не вернешься домой. Где ты была? — спокойно спросил он.
— Э-э-э… на вечеринке у Харрисона Грина, — солгала она, а потом быстро спросила: — Где Итан? Лицо Пола выражало крайнее недоверие.
— В постели. Он быстро утомился, раскудахтавшись о пяти тысячах фунтов годового дохода герцога.
— Вот как, — тихо отозвалась она.
— Когда ты уезжала из дому, я был уверен, что герцог тебя совершенно не интересует. Более того, что ты относишься к нему с неприязнью.
— Вечер прошел лучше, чем я ожидала, — пробормотала она. — Я отлично провела время, Пол, — сказала она, сознавая, что улыбается слишком радостно.
— Понимаю, — сказал он, и на мгновение Лорен показалось, что он действительно все понимает. Он молча смотрел на нее. Видел ее насквозь. Она смущенно повернулась и аккуратно повесила плащ на крючок. Пол устало вздохнул. — Лорен, ты осознаешь, что делаешь?
Нервно засмеявшись, она обернулась к нему.
— А что я делаю?
— Магнус — хороший человек. Он по-настоящему заботится о тебе.
— Господи, Пол, о чем ты говоришь? Он вышел из тени.
— Я хочу видеть тебя счастливой. Магнус — хороший человек. Он будет уважать тебя.
Лорен все еще была под впечатлением прошедшей ночи, и от слов Пола, которых она никак от него не ожидала, мысли у нее закружились волчком.
— Мы говорим об одном и том же Магнусе? — спросила она. — О графе Бергене из Баварии? Том самом, кого ты презираешь?
— Я его больше не презираю.
